Archive for Чтиво

Пиратство как часть системы римского господства над Средиземноморьем

Тимофей Алёшкин

Античные историки рассказывают, что пираты безраздельно властвовали на Средиземном море приблизительно с середины 70 годов до нашей эры и по 66 год, когда терпение римского народа иссякло и Помпей, получивший по закону Габиния верховное командование и власть на всём море и его берегах, за три месяца уничтожил пиратство. Я опишу свою версию того, как Рим использовал пиратов. 

Римская Республика захватила первую провинцию в Азии – бывшее Пергамское царство – в 129 году, а около 100 года превратила в провинцию Киликию. Остальные города и царства Восточного Средиземноморья оставались более или менее независимы и подчинялись Риму как вассальные. В 100 году до н. э. в Риме был принят закон, направленный на борьбу с пиратством. Этот закон предписывал каждому из городов и государств бороться с пиратами на своей территории. 

Но, насколько нам известно, как раз римляне-то на своей территории с пиратством и не боролись! Например, наместник Киликии в 79-75, Сервилий Исаврийский, все три года своего наместничества провёл в войнах с киликийцами, выиграл сражение с пиратами на море, но потом воевал в глубине страны с горными племенами и городами, а пираты на побережье за это время только усилились. 

О деятельности следующих за Сервилием наместников Киликии – Лукулла в 74-67 и Марция Рекса в 67-66 известно многое, но ничего о том, как они боролись с пиратами в своей провинции. А между тем это были как раз годы наивысшего расцвета киликийского пиратства, а Киликия, наряду с Критом и была главным центром пиратства. 

Итак, выходит, Рим запретил зависимым от него государствам бороться с пиратами, а на своей территории их практически не трогал. Попробуем предположить, какую роль пираты на самом деле играли в экономике и политике римской державы в 70-60 годах.

Хлеб и рабы

С сайта http://ru.warriors.wikia.com

Реконструкция внешнего вида киликийского пирата

Два важнейших товара, на которых стояла римская средиземноморская держава. Хлеб нужен, чтобы кормить Рим (в 70-е годы раздачи дешёвого хлеба гражданам в Риме были восстановлены, а производство хлеба в Италии было совершенно недостаточным, требовалось много хлеба из провинций, прежде всего с Сицилии). Рабы нужны чтобы производить хлеб в товарных количествах для Рима (на Сицилии хлеб производился на крупных рабовладельческих хозяйствах). И не только для производства хлеба – к тому времени почти каждый римский гражданин должен иметь хотя бы одного раба. Рабы требуются экономике Республики всегда, все время, каждую минуту. 

Рабы — это особый товар, значительная их часть становится рабами заведомо незаконным путем. Вообще-то все Средиземноморье состояло к тому моменту из формально признающих друг друга государств, ни один гражданин которых просто так в рабы обращен быть не может – в других государствах этого не признают, и в Риме с его демонстративным уважением к законности — прежде всего. Любой римский магистрат в Риме и в провинции человека, если он незаконно сделан рабом, скорее всего отпустит. Но рабы нужны. Для этого и существуют пираты.  Read more

Новая Русь

Одуванчик публикует сборник стихов и прозы луганских авторов, изданный в 2016 году. Из аннотации:

«В настоящий сборник Луганской писательской организации им. В.И. Даля
Союза писателей России вошли произведения авторов о войне в Донбассе 2014-2016 гг. и не только…
Эта книга о русском духе, о нашей идентичности, как части великого Русского мира. Писатели Луганщины на протяжении всего постсоветского времени вели непримиримую борьбу с насильственной украинизацией нашей родной
земли – эта борьба шла в быту и на страницах периодической печати, в учебных заведениях, конференциях и других различных форумах. Гром этой борьбы
звучал в наших художественных, документальных, научных и публицистических произведениях. Мы не отдадим землю наших предков на поругание врагам,
тем паче, врагам-перевертышам в бандеровском обличии…
Мы есть, мы были и мы будем всегда на своей земле хозяевами, с нашими героями, с нашими обычаями и традициями, с нашей культурой, с нашим великим русским языком!
Книга расскажет читателю о простых людях Донбасса, которые, несмотря на изуверскую атаку киевских преступных властей, кровавые обстрелы наших городов и посёлков, выстояли и не встали на колени.
Мы русские – и этим всё сказано!»

Книга Новая Русь

Проблемы международного права последних трёх лет

Одним из самых важных событий Русской весны 2014 года было воссоединение Крыма с Россией. Событие это вызвало настоящий сдвиг в международных отношениях и повлияло на судьбы миллионов людей как в Крыму, так и на связанных с ним территориях русского мира: России, Донбассе, Украине. Возвращение Крыма в состав России сразу оказалось в центре внимания специалистов по международному праву и в ходе его осмысления появились как сторонники, так и принципиальные противники этого события. Одуванчик планирует познакомить своих читателей со статьями на эту тему, освещающих с юридической точки зрения обе позиции. 

Начинает проект статья «Международное право с точки зрения воссоединения Крыма с Россией», которая была опубликована 
в журнале «Законодательство». 2014. № 7. Автор статьи Владимир Алексеевич Томсинов, российский учёный-правовед и детский писатель. Доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой истории государства и права юридического факультета Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова. Генеральный директор издательства «Зерцало».

В статье рассматриваются те проблемы международного права, которые актуализировались в 2014 году после присоединения Крыма к России. 

Томсинов_Крым

Сумароков и его слава: литературная репутация как индикатор литературных процессов

Александр Сумароков — прозаик, поэт и драматург XVIII века, соперник Ломоносова на литературном Олимпе, основатель русского театра, был необычайно популярен среди читающей публики, однако произведения его стали устаревать уже при жизни. Последующие поколения не взяли у Сумарокова ничего, и уже во времена Пушкина его читательский успех был давно позади, и вплоть до наших дней сочинения Сумарокова переиздаются редко, в составе антологий и сборников, как страница истории литературы, которая заслуживает упоминания единственно в силу добросовестности исследователя.

Однако оценки Сумарокова в первой четверти XIX века отличаются особой резкостью: Карамзин выпускает словарь русских писателей, в котором нет статьи о Сумарокове, Жуковский его не любит, Пушкин пишет против него яростные инвективы… Если Сумароков всего лишь бездарный литератор, заслуженно забытый потомками, зачем сорок лет спустя свергать его с пьедестала? Это пристрастное отношение указывает на какой-то актуальный конфликт, на нерешённую проблему, которая всё ещё важна. Чтобы разобраться в этом вопросе, читайте статью Надежды Алексеевой, сотрудницы Отдела русской литературы ХVIII века Пушкинского дома, Санкт-Петербург. 

08_Алексеева

Дискриминационная война как оборотная сторона либерализма

Одуванчик публикует окончание статьи  В. Л. Толстых «Миф о войне как центральный элемент международно-правовой идеологии». 

Начало

Продолжение

9. Миф о войне повлиял на формирование важнейших международно-правовых концепций, к числу которых относятся права человека, наднациональность, вмешательство, дискриминационная война, свобода торговли. Все они являются объектами критики со стороны марксистских и консервативных учений.

В правах человека либерализм усматривает главный инструмент контроля над государством и главный политический механизм индивидуального самоопределения. Марксистская критика рассматривает права человека как инструмент отчуждения и господства; основания данной критики были сформулированы еще самим К. Марксом: «… Ни одно из так называемых прав человека не выходит за пределы эгоистического человека, человека как члена гражданского общества, т.е. как индивида, замкнувшегося в себя, в свой частный интерес и частный произвол и обособившегося от общественного целого».[1] Консервативная критика подчеркивает обессмысливание прав человека в условиях разрушения коллективной идентичности; Х. Арендт пишет: «Фундаментальное лишение человеческих прав сперва и прежде всего проявляет себя в утрате места в мире, которое делает мнения значительными и действия результативными. Нечто куда более глубокое, чем свобода и справедливость, кои суть лишь гражданские права, находится под угрозой, когда принадлежность к сообществу, где человек родился, больше не признается естественным делом…»[2]. Read more

Тоталитаризм без причин и следствий.

Одуванчик продолжает публикацию статьи  В. Л. Толстых «Миф о войне как центральный элемент международно-правовой идеологии». 

Начало

5. Вторая мировая война дискредитировала миф Просвещения, наглядно показав, что результатом социального давления могут быть газовые камеры и ковровые бомбардировки. Просвещение, однако, сумело оправдаться посредством создания мифа о войне, редуцировавшего этот и целый ряд других аспектов и возложившего всю полноту ответственности на Гитлера и его окружение. Немецкий народ перестал рассматриваться как коллективный преступник и стал жертвой, — его вовлеченность в войну была интерпретирована как результат чудовищного обмана. Возложение ответственности на нацистскую верхушку имело своим следствием общую стигматизацию политической сферы, центром которой является государство. Любое усиление государства, выраженное в попытке консолидации общества или использовании чрезвычайных полномочий, отныне рассматривается как тоталитарная тенденция, которой следует противодействовать, используя все возможные инструменты.

С разоблачением чудовищного обмана нацизма и искоренением индивидуального зла массы оказываются просвещенными, очищенными от подозрений и защищенными от повторения своей ошибки.[1] Социальное давление, таким образом, снова  реабилитировано, равно как и политические и правовые формы, создающие процедурные рамки для его осуществления. Более того, просвещенность масс легитимирует их еще большую роль в политике (сравнительно с той ролью, которую они играли до войны). Ю. Хабермас формулирует данный тезис следующим образом: «…Преодоление фашизма образует особую историческую перспективу, из которой следует понимать постнациональную идентичность, сформированную на универсалистских принципах правового государства и демократии».[2] Сомнения здесь вызывает очевидная несоразмерность между онтологическим характером ужаса Холокоста и политическим характером извлекаемых из него уроков, — получается, что главный из них состоит в необходимости соблюдения законов и участии в выборах.

Обратной стороной стигматизации политической сферы является идеализация неполитической сферы, т.е.  сферы экономических отношений, и создание благоприятных условий для экспансии рыночных механизмов социального регулирования. Значение рынка, таким образом, выходит за пределы товарно-денежного обмена, — рынок становится основанием  общего и индивидуального процветания и счастья. На доктринальном уровне эта идея, впервые высказанная еще Р. Кобденом в середине XIX в.[3], раскрывается в работах Л.Ф. Мизеса и Ф.А. фон Хайека. Нетрудно заметить, что в своих главных следствиях миф о войне резонирует с политической и экономической программой либерализма, создавая условия для ее тотального господства. Read more

«Миф о войне как центральный элемент международно-правовой идеологии»

Одуванчик начинает публикацию статьи В. Л. Толстых «Миф о войне как центральный элемент международно-правовой идеологии»

Автор определяет вторую мировую войну как идею, влияющую на формирование правовой идеологии. В этом своем качестве война является мифом, т.е. событием, имеющим высший, трансцендентный статус по отношению к реальности. Как и любой другой миф, миф о войне является результатом избирательного редуцирования исторического события. Направленность редуцирования задается просветительскими и либералистскими установками; в итоге миф стигматизирует сферу политического и оправдывает сферу неполитического. Оппозицию существующему мифу составляют марксистский и консервативный подходы; их использование может способствовать формированию новых элементов международного права. Общий вывод состоит в необходимости рассмотрения упущенных возможностей,  восполнения пробелов и обсуждения альтернативных вариантов.

Предлагаем вашему вниманию первую часть статьи «Миф о войне как центральный элемент международно-правовой идеологии». Призываем к обсуждению и дискуссии!

***
1. Влияние второй мировой войны на развитие международного права почти всегда рассматривается в линейной перспективе, в рамках которой война предшествует современному международному праву, соотносится с ним как причина и следствие. Кроме того, внимание исследователей часто концентрируется на внешних проявлениях послевоенного порядка (новых институтах, договорах, принципах и нормах). Такой подход — уместен, но не всегда достаточен, поскольку он игнорирует текущее значение уроков войны; не раскрывает механизм, посредством которого эти уроки воплощаются в правовую действительность; и создает обманчивое впечатление прямой связи между войной и ее юридическими последствиями.
Значение войны как международно-правовой категории выходит за пределы фактологического уровня: война является не только единичным историческим событием, но и сильнейшей идеей, обладающей способностью к регулятивному воздействию («формой отражения внешнего мира, включающей в себя сознание цели и перспективы его дальнейшего познания и практического преобразования»[1]). В этом качестве война включена в правовую идеологию, «выражающую систематизированное и целенаправленное («концептуальное») отношение людей к действующему и желаемому праву»[2].

Будучи элементом правовой идеологии, война задает нормотворческую программу, в основе которой лежит требование «мыслить и поступать таким образом, чтобы Освенцим не повторился…»[3], формирует образ общественных отношений, устанавливает связь между нормами и отношениями (т.е. обеспечивает толкование). Будучи базовым элементом, война влияет на другие идеи, выступает в качестве их своеобразного фильтра и в этом смысле формирует дискурс международного права, т.е. «конечный набор совокупностей, ограниченный уже сформулированными лингвистическими последовательностями»[4]. Read more

«Не заслоняй солнце» по-донбасски

Сергей Шмидт

Еще одна красивая легенда.
Александр Литвинов, более известный как Веня Д’ркин (а в начале 1990-х как Дрантя), кем-то названный «третьим после Башлачева и Янки настоящим гением в русской рок-музыке», умирал весной 1999 года после целой серии химиотерапий.
Тогда с ним приключилась довольно забавная история — продюсер Александр Шульгин и его жена певица Валерия собрались делать из Д’ркина «звезду круче Гребенщикова». Они устроили его в лучшую больницу. Валерия читала ему вслух пункты контракта.
И вот якобы Веня Д’ркин дослушал внимательно до конца текст контракта и произнес такую фразу: «Ребята, вы чокнулись. Ну что может дать Москва художнику, кроме мужеложества?»
Легенда, наверное, но сама фраза это неплохое добавление в транслируемый из эпохи в эпоху сюжет на тему «поэт и…»: поэт и толпа, поэт и власть, поэт и фининспектор, поэт и солнце, поэт и продюсер… Сюжет, который начался, наверное, со знаменитого «Не заслоняй солнца».

В каждом стихе — великий путь души, распахнутой для бездны…

Дмитрий Муза, доктор философских наук, профессор, член-корреспондент Крымской Академии наук, сопредседатель Изборского клуба Новороссии

Несколько слов о поэтике В.Ю. Даренского (первая рецензия на поэтический сборник «Притяжение неба«)

Типологические характеристики поэтического творчества – дело всегда условное и неоднозначное. Но в нашем конкретном случае несомненно то, что талантливый русский поэт из Луганска – Виталий Юрьевич Даренский – поэт философического слога, такта и вкуса. В большой мере наследник тютчевско-фетовской традиции стихосложения, помноженного на подчеркнуто личностное отношение к слову, а значит и бытию. Последнее очень важно именно сейчас для судьбы России, которая «сосредотачивается».

         И тут характерный бытийно-логосный, причастно-ответственный и пасхально-узнаваемый пафос:

И нам дано хранить в безумном мире

Святое знанье о бытии Ином.

Ему причастные – и в разуме, и в лире

Мы радость вечную вещаем и поем!

 

Однако сама поэтика Даренского, которую также можно артикулировать как литургическую, имеет несколько важных бытийных истоков. Помимо библейских и эстетико-символических, выражаемых в строке: «Мы чуем неземное Слово – / О нем тоскует каждый стих, / Его душа любить готова…», в его поэтике присутствуют темы «Родины», «Руси», «России» («И ум уносит вдохновенье / В тот мир, где Родина моя…»), «Истории» («История – не бездна лет, а сопричастие живое: / И светит негасимый свет / Оттуда в наше время злое…»), равно как и «малой родины»: «Стаханов – Краснодон».

В свое время И.А. Ильин, размышляя о тайне поэтического (и вообще – художественного творчества), вывел следующую формулу «закона художественности»: «Не поэт навязывает свой талант эстетическому Предмету, а Предмет диктует таланту необходимый Ему художественный акт: то трезвый, то фантастический, то бессмысленный, то умственный, то волевой, то расслабленно-безвольный, то холодный, то огненный, то чувственно-внешний, то нечувственно-внутренний…».

         Принимая это во внимание, хочу обратить внимание читателя на тот поэтический ряд, с которым по сути, отождествляет себя В.Ю. Даренский. Это поэты «живой Руси»: Пушкин, Бунин, Вертинский, Твардовский, Рубцов… У них и был тот нечувственно-внутренний восторг о русской (советской) истории, русском человеке и его идеалах.

         Отсюда проистекает еще несколько важных тематических линий – «ХХ век» с его «умиранием народа окаянного»; «песни скорби», как поэтическая рефлексия катастрофы распада СССР; «Украина» в виде «всеми проданной страны»; и конечно же вера в воскресение России, которая есть «семя кротких» (!). В последнем поэт не только уверен, но и сам призывно обращен к читателю, через отождествление с названной плеядой:

И так продлится до конца

Печальных дней земного мира.

Да укрепит наши сердца

Русских певцов святая лира!

         И последнее. В поэтическом бытии В.Ю. Даренского присутствует основная доминанта – Любовь! В этой связи хочу подчеркнуть, что не так давно В.Н. Крупин высказал следующую мысль: «В непрекращающейся схватке Христа с Велиаром, света с тьмой, православные писатели – воины. Их оружие – слово. Но это главное оружие современности. А слово, обеспеченное золотом любви, обязательно победит». Думается, что предлагаемый читателю сборник поэтических откровений талантливого луганского поэта, мыслителя и борца за Русский Мір – Виталия Юрьевича Даренского и является ярким опытом всепобеждающей Любви! Бездны Любви!

2017

«Выбор Донбасса»

Первый сборник СП ЛНР «Время Донбасса» вышел в Луганске в 2016-м году. Он объединил под своей обложкой произведения поэтов и прозаиков ЛНР, ДНР и России. «Одуванчик» публиковал материалы сборника, а также критические отзывы прессы в рубрике «Время Донбасса». Скачать полный текст сборника можно на «Одуванчике» в рубрике «Книги»

Второй сборник СП ЛНР под названием «Выбор Донбасса» был презентован в Луганске 24 мая 2017 года. Луганский информцентр сообщает, что «насчитывающая 673 страницы книга, которая стала наиболее полной антологией поэтических, прозаических и драматургических произведений о событиях в Республиках Донбасса, издана при содействии писателя, ветерана боевых действий в Афганистане, ведущего Первого канала Артема Шейнина. Информационную поддержку сборнику оказывает государственное информационное агентство ЛНР «Луганский Информационный Центр» и сайт современной военной литературы «okopka.ru».

В числе авторов произведений сборника — Глеб Бобров, Ирина Горбань, Анна Долгарева, Геннадий Дубовой, Григорий Егоркин, Елена Заславская, Николай Иванов, Анна Ревякина, Владислав Русанов, Вадим Степанцов, Владимир Скобцов, Светлана Сеничкина, Вячеслав Теркулов, Юрий Юрченко и другие авторы из Луганской и Донецкой Народных Республик, России, Сербии, Германии и Израиля.

Планируется, что в ближайшее время экземпляры сборника будут переданы в библиотеки Луганской и Донецкой Народных Республик, еще одна часть тиража будет направлена в библиотеки Москвы, Санкт-Петербурга, Крыма и Ростовской области, в учебные заведения и писательские союзы ЛНР, ДНР и России».

С сегодняшнего дня книгу в электронном виде можно скачать на «Одуванчике»:

Donbass_2

Художественное осмысление событий новейшей истории продолжается. Читайте, делитесь впечатлениями, рекомендуйте друзьям.