Archive for Чтиво

Русский Борхес: «Звездные гусары»

Действие романа Елены Хаецкой «Падение Софии» происходит в мире, который описан автором в сборнике «Звёздные гусары». Это техногенная цивилизация, покорившая звезды, в которой не было ни одной революции 1917 года и последующей перестройки страны. Россия осталась какой была, развивалась дальше без катаклизмов и катастроф, спокойно покорила космос, но осталась таким обществом времен Пушкина или в крайнем случае Тургенева. Дворянские усадьбы, барон Брамбеус и Руссо, барышни танцуют с гусарами, гусары служат на инопланетных форпостах у дальних звезд, попы выполняют свой долг и крестят инородцев других планет, воинские приключения и скука постоялых дворов, которые ничуть не изменились со времен Чичикова, даром что находятся не между уездными городами N, а между планетными системами.
 
Сборник интересен как литературный эксперимент по перенесению сюжетов русской классической прозы начала XIX века в цивилизацию будущего, покорившую космос. Всё сохранилось, всё узнаваемо: движения души, тонкий психологизм, достоверность в деталях. Сборник состоит из коротких рассказов и повести «Дикий подпоручик». Мне больше всего понравилась повесть: тут есть детективный сюжет, любовная история, взаимоотношения сестер, счастливый финал.
 
По атмосфере этот сборник гораздо светлее и радостней, чем более позднее «Падение Софии». Там уже вампирский трэш, детектив с загадочными убийствами и разоблачением работорговцев, и в целом более мрачная атмосфера. Гностическое название указывает на гностическое содержание: светлый и радостный мир падает, отягощается злом и населяется вампирами. Я много лет люблю обе книги, но честно до сих пор не могу проследить, как и почему происходит это превращение. Я не вижу в этом закономерности. Какие-то недостатки есть в любом обществе. Значит ли это, что вампиры закономерно заводятся везде?
 
Обе книги я рекомендую тем, кто любит классическую русскую прозу, а всех авторов XIX века уже перечитал. Также книги будут интересны тем, кто любит литературные игры в стиле Борхеса, но при условии, что такой читатель хорошо знает классическую русскую прозу. Поклонникам собственно космической фантастики и вампирских детективов это не понравится – условности жанра тут используются в небольшом количестве, и искушенный читатель разгадает все загадки сразу же. Но не в них дело. Главное здесь – приключения языка, взаимодействие культур и моделирование возможного будущего.

Парадокс самоописания в романе Мариам Петросян «Дом, в котором…»

Нина Ищенко

Объекты, описывающие сами себя, известны в теории знаков, математике и логике. Они порождают парадоксы в силу того, что такой объект сам включен в тот класс, который он обозначает, ибо кто бреет брадобрея, который бреет только тех, кто сам себя не бреет? Художественное произведение в зависимости от его сюжета и внутреннего пространства можно представить как объект, описывающую свое собственное существование и функционирование. Романа Мариам Петросян «Дом, в котором…» и есть такой самоописывающий объект, и это самоописание приводит к парадоксу.

Роман «Дом, в котором…» относится к жанру магического реализма. После появления романа в 2009 году он стал культовой книгой и породил собственную фан-культуру. Книга состоит из трех томов. Фабула романа – события, которые разворачиваются в интернате для детей-инвалидов накануне выпуска. В романе показаны два хронологических среза – последний учебный год перед выпуском и прошлый выпуск, имевший место десять лет назад, когда нынешние старшие были младшей группой.

Пространство Дома самозамкнуто. Определить страну и время событий можно очень приблизительно. Это страна европейской или вестернизированной культуры примерно последней трети ХХ века. Город, где стоит Дом, не назван. Все персонажи, включая администрацию и воспитателей, названы не по именам, известны только их клички – Акула, Крёстная, Овца, то есть определить их национальность невозможно. Единственный персонаж, чьем имя и фамилию мы узнаем – это Курильщик. Его зовут Эрик Циммерман – номинация интернациональная. Так могут звать человека и в России, и в Европе, и в США. В Доме есть магнитофоны, воспитанники слушают Led Zeppelin (основана в 1968 году) и читают книгу Ричарда Баха «Чайка по имени Джонатан Ливингстон» (опубликована в 1970 году). Это единственные хронологические указания, позволяющие локализовать Дом в пространстве и времени нашего мира. Таким образом, пространство и время Дома определяется не внешними параметрами, а его внутренними характеристиками. Read more

Проявления русской модели управления в Донбассе в 2014 – 2015 гг.

Нина Ищенко

Война в Донбассе, начавшаяся в 2014 году, показала, как до тех пор обычный провинциальный регион справляется с решением сложных задач, поставленных военным временем: создание и удержание фронта, создание новой государственности, поддержание работающей инфраструктуры. Эти процессы проходили в 2014 – 2015 гг. в отсутствие в ряде районов централизованного управления и при минимуме снабжения. В указанный период жители Донбасса смогли мобилизовать и перераспределить имеющиеся у них ресурсы для решения поставленных самою жизнью задач. Это произошло благодаря переходу в нестабильную фазу управления, которая в русской модели управления А. Прохорова считается одним из двух основных режимов существования общества русской культуры. Рассмотрим русскую модель управления А. Прохорова и ее проявления в военном Донбассе.

До середины ХХ века в науке господствовала теория линейного прогресса, которая исходила из того, что разные общества развиваются по одним и тем же законам. Продвижение общества по линейной шкале развития является прогрессом и характеризуется объективными параметрами: рост рациональности, научных подход, создание демократических или социалистических общественных институтов и так далее. Прогрессивные страны Европы создали у себя общества модерна помогают другим социумам продвинуться по общему пути модернизации. Однако после двух мировых войн, в которые были вовлечены в первую очередь самые прогрессивные общества мира, а также многочисленных срывов модернизации в неевропейских странах модель линейного прогресса оказалась дискредитирована, и в научном сообществе начались поиски альтернативы. Read more

НОВОРОССИЯ ГРОЗ: ФЭНТЕЗИЙНО-ПАРТИЗАНСКОЕ МНОГОБОЖИЕ У ПОДНОЖИЯ ПРАВОСЛАВНОГО ХРАМА

Ольга Бодрухина

Помимо структуры поэмы Елены Заславской «Новороссия гроз. Новороссия грёз», хочется расшифровать ее основную, на мой взгляд, идею. Здесь она напрямую перекликается с другой поэмой Елены – «Nemo», которую мы осмысливали ранее в рецензии «Запретная любовь, запретная борьба, запретный город». По сути, это одна и та же история о невозможности любви между представителями двух разных миров. Это один и тот же экшн, только с разных точек зрения, в разных мерностях. В «Немо» основной уровень поэмы – мифический. Ведь ни для кого не секрет, что миф, в котором с рождения и до смерти обитает всякий русский человек – это сказка: про мышку-норушку, колобка, избушку, курочку и деревенского смекалистого дурачка. Это более древние, чем все религии вместе взятые, космогонические истории.
В поэме Русалка любит Немо, ее избранник – безымянный Никто. Этот Noname – пришелец извне мифа, герой другого романа, чужак. Луганск – некий затонувший город, и это тоже древний миф многих народов: клочок земли, который будет поднят из пучин хаоса, с самого дна, то ли волшебным вепрем, то ли царем дэвов.
В «Новороссии» же магический, языческий мир пурпурного народного фольклора, вперемешку со скандинавским пантеоном и Голливудом, становится контрастным бэкграундом православного мира, старчества и животворящих икон. Словом, все это буколическое фэнтезийно-партизанское многобожие теперь выглядит как зеленая поросль у величественного храма. Луганск предстает границей света, последним оплотом, в буквальном смысле, за которым в бездну срываются люди и сказочные персонажи, прямиком в заворот и пограничье жизни. Read more

Новороссия гроз. Новороссия грёз

Поэма Елены Заславской «Новороссия гроз. Новороссия грёз» посвящена событиям в Донбассе в период войны с Украиной. Она создавалась на протяжении военных лет, начиная с 2014 года. Это обойма стихов о войне и о любви.

В поэме показаны воюющие республики, Украина, Европа, настроения революционеров Майдана и ополченцев Новороссии. Поэма связывает настоящее и прошлое Украины и России, а также повседневный и сакральный планы бытия. Судьба автора тесно переплелась с судьбой героев поэмы, так что невозможно понять, где поэтический вымысел, а где реальность.

elena_zalsavskaya_novorossiya_groz

zaslavskaya_novorossiya_groz_novorossiya_gryoz

Христианство и материализм: понимание Честертона

Александр Кондратьев

Гилберт К. Честертон завершил свой рассказ «Собака-оракул» словами Отца Брауна в защиту действительности здравого смысла: вещи просто таковы, каковы они есть, они не являются носителями тайных, мистических смыслов:

«Все это часть того явления, которое я все чаще наблюдаю в современном мире. Это явление затопляет весь ваш былой рационализм и скептицизм; оно надвигается, как море. И имя ему — суеверие. — Он резко встал и, озабоченно хмурясь, продолжил свою речь, словно он был один в комнате. — Вы перестаете видеть вещи такими, какие они есть. Обсуждая то или иное событие, вы говорите: «тут что-то нечисто», и все становится смутным, растяжимым, бесконечным, как перспектива аллеи в ночном кошмаре. Собака — предзнаменование, и кошка — тайна, и поросенок — маскотта, и майский жук — скарабей. Вы воскрешаете весь зверинец египетского и древнеиндусского многобожия: собаку Анубиса, и зеленоглазую Пашт, и священных быков Башана. Вы убегаете к богам-животным доисторических времен, вы ищете защиты у слонов, змей и крокодилов! И это все потому, что вы боитесь простых слов: Он стал Человеком».

Таким образом, именно христианство Честертона позволило ему выдвигать прозаические объяснения всех слишком поспешных обращений к сверхъестественной магии и работать в детективном жанре: если украли драгоценность из закрытой емкости, ключом к решению задачи является не телекинез, но использование сильного магнита или какого-либо иного типа ловкости; если человек неожиданно исчезает, должен быть тайный тоннель и так далее. Именно поэтому естественно-научные объяснения более волшебны, чем обращение к вмешательству сверхъестественного: куда как более «магическим» является детективное объяснение хитрого обмана, с помощью которого преступник совершил убийство в закрытом помещении, чем утверждение, что у него есть сверхъестественная способность передвигаться сквозь стены.

Честертона на практике осмыслил различие между христианством и язычеством в пользу Христа. В этом аспекте христианство преодолевает языческое мировоззрение и переходит к более реалистичному видению мира. Известно, что в любом языческом проявлении каждый аспект мира соответствует какому-то божеству или духу. В христианстве же дождь это просто дождь, роза просто цветок и за ними не скрыто никаких мистических оснований. Интересным аспектом является и тот факт, что иудеи не верили в астрологию и полагались на более рациональное видение мира. Таким образом, именно христианство позволило перейти к неметафизиескому видению и оставить языческие суеверия, чтобы сформировать новый тип мировоззрения.

Образ Другого как структурная характеристика культурной границы (на примере Украины и Донбасса) 

Статья редакторов «Одуванчика» Нины Ищенко и Елены Заславской, посвященная проблемам культурного трансграничья, вышла в забайкальском научном журнале «Гуманитарный вектор»: Это программный текст, над которым соавторы работали более года. 

Статья посвящена анализу специфики культурного пограничья русской культуры. Актуальность статьи обусловлена усилением в постсоветский период культурных конфликтов на пограничье русской цивилизации. Эти конфликты на культурной почве приводят даже к боевым действиям против носителей русской культуры, как это имеет место в войне Украины против Донбасса с 2014 г. В статье исследуется пограничье как зона межкультурного взаимодействия, проводится культурологический анализ границы между культурами и идентичностями,  выделяется структурная характеристика культурной границы – образ Другого. На основании проведённого культурологического анализа исследуется структура  культурного пространства Украины и Донбасса, включая ситуацию военного времени в период с 2014 г. Исследование медиаконтента украинских информационных проектов и таких же проектов в Луганской Народной Республике (ЛНР) проводится с помощью информационно-аналитической методологии. Рассматриваются два украинских медиапроекта общественной организации «Интерньюз-Украина»: «Ре-візія історії» и «Пропагандариум», которые интенсивно работают в русскоязычных регионах Украины, создавая и транслируя образ русского как Другого методами агрессивной антирусской пропаганды. Рассмотрена также деятельностью луганского сайта культуры «Одуванчик», который функционирует в Луганске с 2015 г. и отображает культурную жизнь города и республики в этот период. Анализ материалов сайта показывает, что в республике в условиях военного времени сохраняются и осваиваются русская и мировая культуры, идёт интенсивная работа по интеграции ЛНР в культурное пространство современной России, с опорой на историческую память этой территории. В статье обосновывается, что украинская культура в настоящее время является культурой пограничья, поскольку образ Другого как русского доминирует в её структуре и навязывается русским, проживающим в Украине, пропагандистскими методами. В то же время культура современного Донбасса развивается как русская культура пограничья, в которой происходит формирование образа Другого как современного украинца, носителя антирусской идентичности.

Ищенко Н. С. Заславская Е. А. Образ Другого как структурная характеристика культурной границы (на примере Украины и Донбасса)

Лети-лети

Елена Заславская

Лети-лети через границы,
И через линию огня,
В тот край, что мне ночами снится,
В котором больше нет меня.

Там дом родной. Там сад с погостом.
А на погосте старый крест.
Там счастье маленького роста,
Которому 16 лет.

Мне помнится. И ненароком
Оно в мои заходит сны
Из недоступного далека,
Из той 16-й весны.

Лети, мой ангел сизокрылый,
И передай привет скорей
Родным полям, родным могилам
И светлой юности моей.
2021

Люди в рабстве у расы сверхсуществ: критика политеизма у Дэвида Юма

Нина Ищенко

Работа шотландского философа Дэвида Юма «Естественная история религии» была опубликована в 1757 году, произвела на философскую общественность того времени сильное впечатление и не потеряла своей значимости и в наши дни. В наши дни, когда политеизм возвращается и считается многими современниками более логичным, правильным и естественным, критика естественной религии оказывается сверхактуальной.

В своей книге Юм подробно реконструирует логические основания политеизма, и до сих пор в этом отношении ничего лучшего не написано. Юм называет религией веру в Бога-Вседержителя, творца неба и земли, всего видимого и невидимого. При таком подходе политеизм не религия, потому что множество богов не могут занять место Вседержителя и никогда не мыслились как занимающие это место.

Мир един, и сила, которой он держится, должна быть также единой. Множество же богов постоянно вступают в конфликты между собой. Так, Зевс посылает дождь на посевы, которые Гелиос сжигает солнечным жаром – действия, цели и решения богов противоположны. Если вспомнить Троянскую войну, когда ахейцы сражались с троянцами, то одни боги были за греков, другие за Трою, они сражались между собой и даже с людьми: Патрокл, друг Ахилла, сражался с Аполлоном, а Диомед, сын Тидея, ранил копьем Афродиту. Этот кипящий котел конфликтов, ссор, споров и интриг никак не может держать на себе мироздание, оно держится какой-то другой силой и мудростью, более универсальной, чем олимпийские боги. Олимпийцы ничего не могут поделать против судьбы, рок тяготеет и над ними. Они не выше законов мироздания, а подчиняются этим законам. Те же соображения верны для любого политеистического пантеона. Read more

Только любовь

Елена Заславская

Только любовь обнуляет всю твою историю,
Весь твой жизненный опыт сгорает мгновенно,
Будто при взрыве водородной бомбы
Взрывная волна трижды обегает Землю.

Господи! Я опять начинаю сначала!
Я будто Ева у древа, съедаю яблоко –
Вечный сюжет об утраченной благодати.
И просвечивает нагота моя сквозь твои объятия.
2021