Archive for Городу и миру

Шёлковые знамёна. Часть 3

Тимофей Алёшкин

Цикл «Пять тайн Марка Лициния Красса»

Первая тайна

Вторая тайна

Третья тайна

Четвертая тайна. Шёлковые знамёна. Часть 1

Четвертая тайна. Шёлковые знамёна. Часть 2

Что с ними дальше было?

Сначала немного отступим назад, к началу кампании 53 года. Ород с главной парфянской армией пошёл не навстречу Крассу в Месопотамию, а от Красса, в Армению. Против Красса выступила небольшая армия Сурены и Силлака. Из этой диспозиции довольно понято, что разбить Красса ни Ород, ни Сурена, ни вместе, ни поодиночке не надеялись, а уж разгрома и уничтожения римской армии никто из участников войны даже и представить себе не мог. Ород, наверное, надеялся максимально долго задержать Красса в западных областях царства, а там или замириться, или дождаться каких-то перемен в Риме. Сурена с его сравнительно небольшой, но мобильной армией должен был, наверное, повиснуть на коммуникациях у римлян и максимально осложнять им продвижение, осады городов и вообще любые действия. Красс же при таком раскладе наоборот, конечно, должен был стремиться сначала разгромить полевую армию парфян, а уж потом спокойно идти на юг и брать главные города Месопотамии с греческим населением, не очень симпатизировавшим парфянам и легко сдававших города римлянам, как показала кампания 54. Что Красс и попытался сделать, бросившись на парфян как только узнал о том, что их армия поблизости.

При Каррах случился «чёрный лебедь», римляне впервые встретили хорошо организованную конную степную армию, да ещё со специально подготовленным большим запасом стрел, главным результатом этого к вечеру 9 мая были не столько потери (довольно большие, несколько тысяч человек, погибших с молодым Крассом, включая 1000 лучших галльских конников, и несколько тысяч раненых в остальной армии, но всё-таки для 30-35-тысячной армии не смертельные), сколько потеря и командованием, и, главное, личным составом веры в возможность что-то сделать с врагами, которые превзошли римлян там, где они считали себя на голову выше – в организованности и дисциплине, страх перед необычайным дальнобойным врага оружием и паника, такая сильная, что в следующие два дня солдаты вообще боялись при свете дня выходить против парфян и армия при ночном бегстве из Карр просто рассыпалась.
Read more

Шёлковые знамёна. Часть 2

Тимофей Алёшкин

Цикл «Пять тайн Марка Лициния Красса»

Первая тайна

Вторая тайна

Третья тайна

Четвертая тайна. Шёлковые знамёна. Часть 1

Откуда они взялись?

Флор: «Едва Красс прибыл в Карры, царские военачальники Силак и Сурена повсюду подняли украшенные золотом и трепещущие шелком знамена».

Давайте примем это как намёк и посмотрим на вот эту карту Великого Шелкового пути.
Silk_Road_in_the_I_century_AD_-_ru.svg
В общем-то вся история, о которой мы тут говорим, происходила на нём, только разные её части на разных отрезках.
Read more

Шёлковые знамёна. Часть 1

Тимофей Алёшкин

Цикл «Пять тайн Марка Лициния Красса»

Первая тайна

Вторая тайна

Третья тайна

Тайна 4. Шёлковые знамёна.

9 мая — чёрный день римского календаря, день разгрома армии Красса при Каррах. Наша четвёртая тайна — военная.

У этой тайны даже есть изображение. Вот оно. Найдите на картинке «неправильную» деталь, а я к ней вернусь в конце.

noin ulla 1

9 мая 53 года до н. э. в сражении при Каррах римская армия Красса потерпела тяжёлое поражение от парфянской армии под командованием Сурены. Если хотите, перед началом чтения перечитайте описание сражение у Плутарха, вот здесь, оно ясное и короткое.

В этом сражении нет, по-моему какой-то ужасной скрытой тайны, наоборот, всё про него написано и всё на поверхности, но некоторые важные обстоятельства никто в упор не замечает. Прежде всего то, что римляне воевали не с обычной парфянской армией. Может, даже и вовсе не с парфянами. А с кем – сейчас посмотрим.
Read more

Тога с пурпурной каймой или Марк Лициний Атрейдес

Тимофей Алёшкин

Первая тайна

Вторая тайна

Бекграунд третей тайны я уже в основном описал здесь здесь – рекомендую просмотреть тот текст в части, где описываются Сирия и Восток в 50-е, перед чтением этого (но это не обязательно). Описал, но тайну не назвал. Пожалуй, 75% уже сказано, осталось ещё небольшое «расследование», а дальше будут же и выводы.

Как всегда, начну со странного эпизода. Вообще чтобы увидеть и понять в истории то, что скрыто один из главных способов – разбираться в странных, чудных, нелогичных событиях и словах, которые современники этих событий как будто не замечают, или о которых рассказывают случайно. Если для такой странности можно найти систему, скрытую закономерность, которой она следует, то может открыться много интересного.

Итак, 12 февраля 54 года, Рим.
Консул Аппий Кавдий созывает сенат. «Когда Аппий собрал сенат и явились немногие, было так холодно, что крики принудили его отпустить нас», пишет Цицерон. Но всё-таки сенаторы успели провести заседание и выслушать царя Коммагены Антиоха. Вот что рассказывает Цицерон:
Read more

Бизнес Марка Лициния Красса

Тимофей Алёшкин

В 74 году Гай Юлий Цезарь отправился на Родос для занятий красноречием, но по пути был захвачен пиратами. Как известно, Цезарь сам назначил за себя выкуп не в 20 талантов, запрошенных пиратами, а в 50, собрал его, потом поймал и казнил пиратов. Плутарх в биографии Красса добавляет к этой истории одну интересную деталь. Он пишет:

«Соперничество не увлекало, однако, Красса на путь вражды или какого-нибудь недоброжелательства; его огорчало, что Помпей и Цезарь почитались стоящими выше его, но к честолюбию не присоединялось ни враждебности, ни коварства. Правда, Цезарь, взятый в плен пиратами, находясь под стражей, воскликнул: «Какую радость вкусишь ты, Красс, когда узнаешь о моем пленении!»

Реплика эта странная, объяснить её трудно (автор подробнейшей биографии Цезаря Голдсуорси даже её и не упоминает, хотя об отношениях Красса и Цезаря пишет много), а объяснение её Плутархом совершенно неправильное. Это обычная беда и античных авторов, и историков всех последующих времён, Цезарь и Помпей им кажутся такими гигантами, что начали соперничать друг с другом чуть ли не с колыбели, а остальные деятели только путались у них под ногами.

Прежде всего поправим масштаб, посмотрим на реальное тогдашнее положение и значение наших героев. Итак, примерно 27 летний Цезарь, ещё даже не сенатор, ещё даже и выборы не то что в квесторы, а и в военные трибуны у него впереди, где-то на краю света восклицает, что в Риме 40-летний Красс, который из-за недовольства Суллы задержался с политической карьерой и, судя по всему, ещё даже претором не стал, обрадуется пленению Цезаря. Но в Риме в то время правят совершенно другие люди!  Read more

Пропавшее золото

Тимофей Алёшкин

От редакции: сегодня «Одуванчик» начинает цикл «Пять тайн Марка Лициния Красса». Цикл посвящён Марку Крассу, одному из выдающихся римских политиков, победителю Спартака, сопернику Цезаря в борьбе за власть в эпоху поздней республики. В тот период, когда на форуме звучали речи Цицерона, в политической жизни участвовали Помпей Великий, Антоний и Клеопатра, а также другие люди, чьи имена заполняют сейчас учебники по истории, пьесы Шекспира и исторические романы, в Риме создавались культурные образцы, значимые и поныне. Жителям Третьего Рима должно быть особенно интересно разобраться в истории Рима первого. Такую возможность предоставляет читателям «Одуванчика» Тимофей Алёшкин. Свой метод работы исследователь описывает следующим образом: 

«борьба за власть — командная игра, партии или группы устроены пирамидально, у каждой обычно есть один глава-лидер, в борьбе генерируется и используется дезинформация о целях действующих лиц, которую можно вычислять, если исходить из того, что цель политиков — борьба за власть. Вот в основном определение дезинфомации и реконструкция того, что на самом деле происходило, меня и интересует». Итак, вооружившись таким образом, попытаемся решить загадки, которые оставил историкам консул и цензор, самый богатый человек Рима Марк Лициний Красс.

***

Все знают, что Красс был очень богат. Плутарх даже конкретно пишет, сколько было у Красса денег в 55 году до н.э. (дальше я «до н.э.» опускаю, все даты будут до н.э.) перед походом в Парфию, который окончился его гибелью:

«Ибо первоначально Красс имел не более трехсот талантов, а когда он стал во главе государства, то, посвятив Геркулесу десятую часть своего имущества, устроив угощение для народа, выдав каждому римлянину из своих средств на три месяца продовольствия, — при подсчете своих богатств перед парфянским походом все же нашел, что стоимость их равна семи тысячам ста талантам». Read more

21 сентября (3 октября) 1895 г. родился Сергей Есенин

 
Великий русский поэт Сергей Есенин и по сей день считается очаровательным пьяницей-дебоширом. На самом деле этот образ создавался, как бы сейчас сказали, ради пиара. Впрочем, пиар этот обернулся для поэта трагедией.
 
Когда юный Есенин только приехал в Петроград из Рязанской губернии, он был практически непьющим. Но так вышло, что первое стихотворение Есенина, которое стало популярным, был «Хулиган»:
 
Дождик мокрыми метлами чистит
Ивняковый помет по лугам.
Плюйся, ветер, охапками листьев,—
Я такой же, как ты, хулиган.
 
Публике понравился образ озорника, и Есенин на пути к славе продолжил развиваться в этом направлении. В итоге он создал целый цикл стихотворений «Москва кабацкая». Вот строки стихотворения «Снова пьют здесь, дерутся и плачут…» из этого цикла:
 
И я сам, опустясь головою,
Заливаю глаза вином,
Чтоб не видеть в лицо роковое,
Чтоб подумать хоть миг об ином.
 
На его выступления ходили проститутки. Это очень веселило друзей Есенина, и они даже пытались разговаривать с ними о поэзии. Однажды у одной проститутки они спросили, какие поэты ей нравятся. Та ответила: «Пушкин… Сергей Александрович тоже хорошо пишут, только уж очень неприлично».
 
Имидж Есенин развивал своими выходками. Во время своих выступлений он громко свистел в два пальца, матерился со сцены, в ресторанах дебоширил и дрался. Правда, на самом деле Сергей был абсолютно трезв. Выпивал он совсем чуть-чуть для вида, а потом притворялся мертвецки пьяным.
 
Впрочем, постепенно Есенин начал заигрываться вскоре стал пить всерьез.Однажды Есенину в пьяном угаре почудилось, что у него кровоточат десны. Он решил, что заболел сифилисом, и посреди ночи чуть не выломал дверь в квартире доктора.
 
Пьяный посылал чекистов к черту. Публично и в лицо.
 
Напившись до поросячьего визга, вместе с друзьями-поэтами расписал стены православного храма своими строками из «Преображения»:
 
Облаки лают,
Ревет златозубая высь…
Пою и взываю:
Господи, отелись!
 
Женившись на Айседоре Дункан, он отправился в путешествие по загранице. Везде пил и дебоширил. Только уже без притворства. В Америке на въезде его как гражданина Советской России предостерегли: «Будете выкрикивать коммунистические лозунги – сразу же выдворим из страны». Есенин никогда не был замечен в особой любви к марксизму-ленинизму, но тем не менее, при первой возможности напившись, он начинает кричать на весь ресторан «Долой буржуев» и «Вся власть Советам!» На его счастье никто из присутствующих не знал ни слова по-русски.
 
Он брал в издательствах авансы, обещая принести стихи и пропадал. Редакторы даже сговаривались отказывать Есенину в публикации, пока он не исправится.
 
Впрочем, все вокруг всячески старались помочь поэту. В частности – представители власти. Милиция получила указание доставлять Есенина в участок, отрезвлять и сразу же отпускать. Известный советский государственный деятель Христиан Раковский просил Феликса Дзержинского спасти жизнь поэта: «Пригласите его к себе, проборите хорошо и отправьте вместе с ним в санаториум товарища из ГПУ, который не давал бы ему пьянствовать…».
 
Несмотря не глубокие запои, Есенин в этот период жизни много работает. Он пишет свои лучшие произведения. Например, поэму «Черный человек»:
 
Друг мой, друг мой,
Я очень и очень болен.
Сам не знаю, откуда взялась эта боль.
То ли ветер свистит
Над пустым и безлюдным полем,
То ль, как рощу в сентябрь,
Осыпает мозги алкоголь.
 
В конце 1925 года друзья определили Есенина в платную психоневрологическую клинику. Тот прошел полный курс лечения. Но как только его выписали, снял все деньги со своей сберкнижки и уехал в Ленинград. Там он поселился в гостинице «Англетер». В той самой, где и закончилась его жизнь.
 
28 декабря 1925 года Сергей Есенин был найден повешенным. Незадолго до этого он написал кровью (не было чернил) свое последнее стихотворение:
 
До свиданья, друг мой, без руки, без слова,
Не грусти и не печаль бровей, —
В этой жизни умирать не ново,
Но и жить, конечно, не новей.
 
Уже в 1970-е выдвигается версия о том, что это было убийство. Якобы Есенина убили чекисты и инсценировали суицид. Специально созданная для расследования комиссия 1989 году эту версию опровергла. Ее председатель Юрий Прокушев заявил: «Опубликованные ныне „версии“ об убийстве поэта с последующей инсценировкой повешения, несмотря на отдельные разночтения…, являются вульгарным, некомпетентным толкованием специальных сведений, порой фальсифицирующим результаты экспертизы».
 
Современные психопатологи, изучив все документальные данные о жизни поэта, сходятся к тому, что Есенин в силу своей импульсивности и вспыльчивости был предрасположен к такому финалу. А к концу жизни у него и вовсе проявлялись явные признаки психопатии и депрессии, вызванной алкоголизмом.
 
К тому же незадолго до смерти Есенин уже пытался покончить собой. Он резал себя ножом, выпрыгивал из окна и бросался под поезд.
 
 
 

Владимир Смоленский, парижский поэт из Луганска

Владимир  Алексеевич Смоленский родился 24 июля (6 августа) 1901 года в Луганске, в дворянской семье. В двадцати верстах от города располагалось имение его отца, где и прошло детство будущего поэта. Его отец, полковник, потомственный донской казак, служил в жандармском полицейском управлении и был расстрелян большевиками на глазах сына. В 1919–1920 годах  Владимир воевал в Добровольческой армии, с которой и эвакуировался из Крыма в 1921 году. Жил в Тунисе, потом во Франции, где два года работал на металлургических и автомобильных заводах. Получив стипендию, окончил в Париже гимназию, учился в Сорбонне и коммерческой академии. После окончания обучения много лет работал бухгалтером. Русский Париж познакомился с молодым поэтом Владимиром Смоленским в 1927 году, когда стали появляться его стихотворения в газете «Возрождение», а позже, в тридцатые годы, стали издаваться сборники его стихов. В эти же годы он был популярным декламатором и собирал полные залы восторженных почитателей. Сохранилось много воспоминаний о неповторимом исполнительском мастерстве читавшего свои стихи Смоленского, о его выразительном баритональном голосе.  Немало сил поэт отдавал и общественной жизни русской эмиграции: Союзу молодых поэтов и писателей, Союзу русских писателей и журналистов, объединению казаков–литераторов. В 1939 году Смоленский работал бухгалтером на часовом заводе в маленьком городке Аррас, на севере Франции, но в 1940 году вынужден был вернуться в Париж, где пережил немецкую оккупацию.
Активная творческая жизнь поэта внезапно резко оюорвалась: у него обнаружили рак горла и после операции он лишился голоса. И всё же, страдая от мучительной болезни, продолжал писать стихи, которые вошли уже в посмертный сборник лирики Смоленского — «Стихи. 1957–1961», изданные в 1963 году усилиями его вдовы — Таисии Ивановны Смоленской. Предсмертные строки поэта — это слова искренне верующего человека, полные смирения перед неотвратимостью близкого конца. В ночь на 8 ноября 1961 года Смоленский умер и был похоронен в парижском «русском некрополе», на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа.
В отличие от многих поэтов Смоленский начал писать стихи, когда ему было уже более двадцати лет. Страшные воспоминания юности, ужас смерти, боль, голод, жестокость Гражданской войны и гибель старой России — темы первых двух сборников поэта, вышедших в 1931 и 1938 годах. Стихи, собранные в первых изданиях, уже содержали в себе предпосылки того религиозного подъёма, который отражён в поздних поэтических книгах. От сборника к сборнику усиливаются христианские мотивы, обретают новую глубину философские размышления поэта. С особенной остротой в последних произведениях он раскрыл свою боль от вечного выбора души между стремлением к Богу и приверженностью к земному. Глубокая философичность  последнего прижизненного сборника поэта «Счастье» подняла Смоленского до уровня одного из крупнейших и выдающихся поэтов России  XX века. Ему удалось стать выразителем умонастроений целого поколения русских парижан — тех, кому в юном возрасте пришлось пройти революцию и Гражданскую войну, приобрести горький опыт изгнания. И поэтому современникам Смоленского были особенно близки в его  лирике соединение автобиографического начала с воплощением духовной трагедии всего поколения, религиозное осмысление конкретных исторических событий и заострение «проклятых» русских вопросов, попытка прозрения мистической сущности изображаемых явлений.
Поэтический голос Смоленского передает духовное состояние, знакомое многим  и в наши дни — опыт преодоления «кризиса мира» через сопричастность вечным нравственным и духовным ценностям, через служение России, верность своему высшему призванию. 

Стансы
Закрой глаза, в виденье сонном
Восстанет твой погибший дом —
Четыре белые колонны
Над розами и над прудом.
И ласточек крыла косые
В небесный ударяют щит,
А за балконом вся Россия,
Как ямб торжественный звучит.
Давно был этот дом построен,
Давно уже разрушен он,
Но, как всегда, высок и строен,
Отец выходит на балкон.
И зоркие глаза прищуря,
Без страха смотрит с высоты,
Как проступают там, в лазури,
Судьбы ужасные черты.
И чтоб ему прибавить силы,
И чтоб его поцеловать,
Из залы, или из могилы
Выходит улыбаясь мать.
И вот, стоят навеки вместе
Они среди своих полей,
И, как жених своей невесте,
Отец целует руку ей.
А рядом мальчик черноглазый
Прислушивается, к чему —
Не знает сам, и роза в вазе
Бессмертной кажется ему.
<1957>foto 1

Когда волнуется желтеющая нива…

От редакции: сегодня на Одуванчике начинается новый проект "Городу и миру", который будет посвящён образу России и русской культуры в сопредельных мирах. В первую очередь мы будем уделять внимание тем идеям, которые хочет донести до окружающих сама Россия, а не тому образу, который создаётся пропагандой и подпитывается нежеланием разбираться в вопросе, если это позволяет самоутвердиться. 

Мексиканский философ, лауреат международных премий Октавио Пас пишет в далёкой Мексике в мирном 1981 году эссе о русской литературе и не может не упомянуть Сталина и концлагеря. Это пример того, как не надо делать, и в то же время постановка проблемы. А для решения этой проблемы мы предлагаем читать русских авторов так, как они писали, не примысливая в текст забот и комплексов чужой культуры, насколько это возможно на других языках. 

Начинает проект стихотворение Михаила Лермонтова в переводе на немецкий Аннемари Бостром

Read more