Парнас дыбом: Анатоль Франс, Пушкин, Брюсов

Харьков, 1925
Ал. Блок, А. Белый, Виктор Гофман, Игорь Северянин, К. Юлий Цезарь, Владимир
Маяковский,  Демьян  Бедный,  Ал.  Вертинский,  Сергей Есенин, Гомер, Данте,
Крылов, В. Брюсов, К. Д. Бальмонт и многие другие

     Про: козлов, собак и веверлеев


СОБАКИ

Анатоль Франс

     На  столовых  часах  аббата  Антуана  Парэ  пробило   пять.   Мари-Анн,
исполнявшая в  течение  двадцати  лет  обязанности  кухарки  аббата,  начала
беспокоиться. Аббат, всегда такой аккуратный,  сегодня  почему-то  запоздал.
Вместе с Мари-Анн беспокоился и Лаведак, любимый сеттер Антуана Парэ (он был
ему  большим  другом).  По  природе  своей  Лаведак  был  стоиком  и  весьма
философски относился ко всем событиям, памятуя превосходные изречения  Марка
Аврелия, которые он неоднократно перечитывал вместе с  аббатом.  Но  сегодня
желудок Лаведака заставил его беспокойно  поглядывать  то  на  дверь,  через
которую обычно входил аббат, то на стол, на котором стояла холодная говядина
с горошком.
     И вдруг стихийный импульс сократил стальные мускулы его ног.  Миг  -  и
говядина очутилась  в  зубах  Лаведака.  Сейчас  же  к  нему  вернулось  его
философское спокойствие. "Meden agan" {Ничего слишком (греч.).},  -  подумал
он, соскакивая со стула.
     Дверь отворилась, и в столовую  вошел  Антуан  Парэ.  Увидав  Лаведака,
аббат покачал укоризненно головой.
     - Конечно, - сказал он, -  собственность  есть  понятие  относительное.
Древние египтяне, как свидетельствует Геродот, чрезвычайно  любили  похищать
невинность чужих жен, не считая это грехом. Но поскольку она является мощным
фактором человеческой  культуры  и  цивилизации,  всякий,  нарушающий  права
собственности, является преступником. Смотри об этом у Савиньи.
     Всякое же преступление, как говорит тот же Савиньи, влечет за  собой  и
наказание.
     - Мари-Анн, утопите Лаведака.

1893 г.

КОЗЛЫ

 А. С. Пушкин

Одна в глуши лесов сосновых
Старушка дряхлая жила,
И другом дней своих суровых
Имела серого козла.
Козел, томим духовной жаждой,
В дремучий лес ушел однажды;
И растерзал его там волк.
Козлиный глас навек умолк.
Остались бабушке лишь ножки
Утехою минувших дней,
И память о козле больней,
Лишь поглядит на козьи рожки.
Одна, одна в лесной глуши
Тоскует о козле в тиши.

1827 г.

ВЕВЕРЛЕИ

От редакции: песня о Веверлее с тех пор потеряла популярность и широкому читателю неизвестна, поэтому считаем нужным привести оригинал. 

Пошел купаться Веверлей,

оставив дома Доротею.

С собою пару пузырей

берет он, плавать не умея.

И он нырнул, как только мог,

нырнул он прямо с головою.

Но голова тяжеле ног,

она осталась под водою.

Жена, узнав про ту беду,

удостовериться хотела.

Но ноги милого в пруду

она узрев, окаменела.

Прошли века, и пруд заглох,

и поросли травой аллеи;

но все торчит там пара ног

и остов бедной Доротеи.

Валерий Брюсов

СОНЕТ

Царь всех царей земных, властитель Веверлей

торжественно грядет к священному Мериду.

Царь плавать не умел. И пару пузырей

дает ему жена, избранница Изиды.

И, тело обнажив под сенью пирамиды,

он погрузился в пруд, творя молитву ей.

Но мудрая глава ног царских тяжелей —

осталась голова в объятьях Нереиды.

Той вести гибельной довериться не смея,

спешит на озеро царица Доротея

и, к озеру придя, окаменела вдруг.

С тех пор прошли года тягучей вереницей.

Но до сих пор хранит песок скелет царицы

и над водою тень костей берцовых двух.

1907 г.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*