Конец гегемонии

Виктор Смирнов 

2016

По правде говоря, все это Евровидение с его песенками, сделанными с помощью компьютерных программ, с его певцами голосом, распевающими эти песенки на отвратительном английском наречии, мне не интересно от слова «совсем». Однако события, связанные с голосованием, о чем не первый день жужжит весь рунет, заставили меня посмотреть на события несколько с другого ракурса.

Я о том разломе, который обнаружился между мнением так называемого жури и мнением граждан. Кто то обвиняет жури в совершенной ангажированности со стороны властей, но я не думаю, что это так. Я полагаю, что представители жюри искренне с умилением восхищались это украинской татаркой. Потому что они так видят.

Просто они представляют собой генерацию так называемых «либералов», мировоззрение которых давно является мировоззрением войны. Они осознано ведут войну против большинства населения своих стран и как у людей ведущих войну вопросы, связанные с противостоянием занимают несуразно большое место в их сознании. Т.е. музыку они слушают и оценивают не с точки зрения ее эстетической ценности, а как оружие в ведущейся войне. В этом, собственно говоря, ничего нового и удивительного нет. Меня удивили другие вещи.

Во-первых, это то, что война ведется не только на постсоветском пространстве. У нас то источник войны понятен – разграбление народного богатства страны и постоянная идеологическая бомбардировка, направленная на оправдание этого разграбления. В первую очередь она опирается на превентивную делегитимацию любых сил, которые хотя бы в дальней перспективе могут выступить от лица ограбленного советского общества. Для этого ведется работа по делегитимации СССР и советского народа. Кстати сказать, национализм, это одно из орудий бомбежки.

Как бы там ни было, речь о том, что на всем постсоветском пространстве есть две силы – либеральная интеллигенция, выражающая интересы мирового (в полном смысле) капитала и куда более многочисленные, но не организованные массы. Украина и Осетия, Казахстан и Киргизия – под всеми национальными, политическими и фиговыми листиками лежит один этот конфликт между теми, кто украл и теми, у кого украли.

Однако как я и сказал, меня удивило другое, а именно то, что подобная ситуация сложилась не только на постсоветском пространстве, но и в Европе.

Во-вторых, меня удивило то, насколько сильно разрушена гегемония господства правящего класса.

Попробую объяснить. В свое врем Антонио Грамши предложил понятие гегемонии в контексте теории революции. Суть этого понятия отражает ситуацию, которая состоит в том, что любое классовое господство держится не только на принуждении, но и на убеждении, на том, что господствующий класс навязывает обществу свои представления и ценности. Общество принимает их, соглашается с ними и не просто подчиняется властям, но действует в благожелательном согласии с властью (и господствующим классом, интересы которого власть, собственно и выражает). Только силой и исключительно силой господство удержать невозможно. Во всяком случае, сколь-нибудь длительное время.

В установлении, поддержании и разрушении гегемонии главным социальным актором является интеллигенция. Именно интеллигенция транслирует интересы и ценности господствующего класса всему населению, при этом придавая им удобоваримый вид, ибо тупое и грубое людоедство вряд ли бы смогло найти понимание у общества. Приходится эту людоедство облагораживать возвышенными идеалами.

Так вот нужно заметить, что интеллигенция в состоянии исполнять свою роль только в том случае, если она пользуется признанием и уважением со стороны общества. Только если интеллигенцию уважительно и благожелательно слушают, только если ее авторитет достаточно высок и люди соглашаются с ее взглядами и оценками благодаря этому высокому авторитету, только в этом случае интеллигенция может способствовать осуществлению гегемонии.
Кстати сказать, высокому авторитету интеллигенции и не только в России весьма способствовала русская интеллигенция второй половины 19 века. Даже не вся, а часть ее. Речь о ней шла у Анатолия Лазарева и в моих возражениях и замечаниях к его рассуждениям. Однако любой авторитет можно растратить.

Так вот ситуация с Евровидением, с событиями в США – я говорю о растущей популярности Дональда Трампа и других несистемных кандидатов, другие события и факты, о постсоветском пространстве, где либеральная интеллигенция не то, что потеряла авторитет, но сделалась практически жупелом, — говорит о том, что гегемония, которой пользовались правящие классы растрескалась, и рассыпается во-прах.

Жюри на Евровидении это ведь не какие-нибудь бюрократы. На самом деле это представители художественной интеллигенция. Так вот их мнения потеряли авторитет. Мне, конечно, могут возразить, что именно те, кто сидят в жюри, не могут транслировать свою позицию на массы, но речь не о конкретных лицах, а о социальном слое, который без устали гомонит, разъясняет, освещает и советует со всех телеэкранов, журналов и страниц интернет порталов. О совокупной говорящей голове. Так вот эта голова стремительно теряет влияние. Раньше голову слушались даже противно собственным склонностям. Сегодня многие готовы наступить на горло собственным склонностям, только бы поступить вразрез с призывами этой головы.

Ровно так же сам факт популярности Трампа говорит о том, что массам надоело слушать эту голову и соглашаться с ней. Массам надоели и ее мысли и ее язык, тот же язык политкорректности.

Почему это происходит? Причина проста. У описанной интеллигенции за несколько десятилетий возникла иллюзия, что она может все. Может морочить голову людям сколько угодно, что только и исключительно она создает тот язык, с помощью которого «простецы» описывают мир. Оказывается это не так. Оказывается интеллигенция может навязывать массам мировидение господствующего класса только до тех по, пока интересы масс и интересы господствующего класса не вступают в явное, антагонистическое противостояние. Раньше еще можно было что то рассказывать про невидимую руку рынка, которая потянув за яйца сегодня, обеспечит прогресс и счастье завтра – этим собственно и занималась интеллигенция середины XX века.

Но сегодня интересы капиталы, интересы общества и его перспективы вошли в такое противоречие, что для осуществления гегемонии интеллигенции приходятся убеждать граждан явиться в указанный час, раздеться, положить на тумбочку одежду, часы, мобильник и в порядке очереди запрыгнуть в вечно голодную пасть переросшего себя капиталистического монстра. Вы думаете, что это все образы, далекие от реальности? Как бы не так! Идеология неолиберализма, либертианства как раз этого и требует у граждан.

Не получается. Граждане мнутся, а лезть в пасть не хотят. А капитал требует у своих слуг – больше, больше корма! И интеллигенция теряет авторитет. Ей перестают верить. Ее идеи, ее теории – все это потеряло всякую важность, всякую ценность в глазах масс.

Как, по-вашему? Что делает интеллигенция в таком случае?
Отвечаю. За исключением небольшой части, удаляющейся в духовно-интеллектуальную эмиграцию (к таким относится и существенная часть коммунистов в том числе, наверное, и я), интеллигенция объявляет массам войну. Народы объявляются неправильными, а вместо согласия интеллигенция требует власти чистой силы. Бедолагам интеллигентам невдомек, что силе не нужны интеллигенты коли они не могут обеспечить согласия. Когда сила объясняет это интеллигентам, у тех начинается лютый батхерт – они шизофренически начинают воевать против всех, и против масс и против власти.

На постсоветском пространстве это уже произошло. Объявила ли западная интеллигенция войну своим народам, я не знаю, но если нет, то скоро, уверяю вас. И факт такой войны говорит о том, что гегемония безнадежно разрушена, что согласия нет, что господствующие классы опираются исключительно на силу и, следовательно, их падение предрешено.

Пройдет еще немало времени, прежде чем у тех или иных интеллигентских групп появится шанс завоевать доверие масс. В том числе и у коммунистов. И сделать это будет сложно. Уж никак не умным теоретизированием, а практической и беззаветной деятельностью на благо народа – а-ля народовольцы (причем народ еще долго будет «неблагодарным», после стольких обманов то). Т.е. учиться придется ходить в народ и на каторги. Многие готовы?
Впрочем, наступает эпоха разрушения, эпоха гибели системы. Кто не готов на каторги, запасайтесь… нет, не попкорном, а сухарями и тушёнкой.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*