Геть вiд Європи!

Константин Деревянко

Современное состояние духовного кризиса европейского общества отражено в Парижской декларации «Европа, в которую мы сможем верить», принятой представительной группой европейских интеллектуалов в 2017 году. Истинную Европу они отличают от ложной и детально описывают типичные черты последней. Декларируемый Украиной европейский выбор побуждает киевского философа А. Баумейстера с тревогой рассматривать негативные характеристики европейского социума. Если два года назад он писал лишь о соблазнах ложной Европы, то сегодня говорит уже об угрозах для Украины. Но, с учетом богоборческого и атеистического характера украинской классики, нужно признать наличие очевидной угрозы и для европейского общества со стороны токсичной украинской культуры.   

Разговоры о духовном кризисе ведутся в Европе не одно десятилетие. Очередной вехой в этих размышлениях стала Парижская декларация, опубликованная группой европейских интеллектуалов 7. 10. 2017 года. Ее авторы представляют Францию (Реми Браг, Филипп Бенетон, Пьер Манан,  Шанталь Дельсоль), Германию (Роберт Шпеман), Великобританию (Роджер Скратон), Нидерланды (Барт Ян Спрейт), Бельгию (Маттиас Сторме), Норвегию (Янне Холанд Матлари), Испанию (Далмасио Негро Павон), Венгрию (Ланчи Андраш), Чехию (Роман Йох) и Польшу (Рышард Легутко). Поставленный ими диагноз современной духовной ситуации (который отличается системным характером) представляет взгляд изнутри Евросоюза.

Однако, на эту ситуацию можно взглянуть также извне. Например, киевский философ Андрей Баумейстер откликнулся на эту декларацию дважды. Если в первый раз (30.10.2017 г.) речь шла лишь «О соблазнах ложной Европы» [2], то во второй раз (7.03.2019 г.) он описывает уже «Угрозы ложной Европы» [3].

Но оказывается, что не только «ложная» Европа является угрозой для «настоящей» Украины. Украинская культура также представляет существенную угрозу для «настоящей» Европы. Эта точка зрения на данную проблему представлена взглядом из Луганска.

  1. Ложная Европа: взгляд из Евросоюза.

Русский перевод Парижской декларации под названием «Европа, в которую мы сможем верить» размещен на сайте «Гефтер» [1]. Используя этот перевод, приведем ключевые моменты этого документа близко к тексту (Здесь и далее все курсивы принадлежат цитируемым авторам. – Авт.). По их мнению, существует две Европы.

Есть подлинная Европа, наша драгоценная и незаменимая цивилизация. Европа принадлежит нам, и мы принадлежим ЕвропеНам угрожает ложная Европа. Эта ложная Европа воображает себя квинтэссенцией нашей цивилизации, но на самом деле она исполнена решимости отнять у нас наш дом. Ложная Европа утопична и тиранична. Покровители ложной Европы околдованы суевериями о неизбежности прогресса. Они считают, что История на их стороне, – и эта вера делает их высокомерными и презрительными, неспособными признать, что у постнационального, посткультурного мира, который они строят, есть серьезные изъяны. Они игнорируют и даже отвергают христианские корни Европы. 

         Погрязшая в предрассудках, суевериях и невежестве и ослепленная тщеславными, самодовольными планами утопического будущего, ложная Европа рефлекторно подавляет инакомыслие. Делается это, разумеется, во имя «свободы» и «терпимости». Перед нами тупик. Самая большая угроза будущему Европы – не российский авантюризм и не мусульманская иммиграция. Подлинная Европа в опасности из-за того, что ложная Европа гнетет и душит наше воображение. Наши нации и наша общая культура выхолощены иллюзиями и самообманом о том, что такое Европа и чем ей следует быть.

Истинная Европа – это сообщество наций. Притягательность имперской формы сохранилась, но возобладало национальное государство. Истинная Европа была отмечена христианством. Универсальная духовная империя Церкви принесла в Европу культурное единство, но сделала это без империи политической. Именно это дало шанс частным гражданским лояльностям раскрыть себя в рамках общей европейской культуры. Неслучайно упадок христианской веры в Европе сопровождается новыми усилиями по установлению политического единства – империи денег и правил, прикрытой сантиментами псевдорелигиозного универсализма, которую строит Европейский союз.

Христианство поощряло культурное единство. Настоящая Европа утверждает равное достоинство каждого человека независимо от пола, ранга или расы. Это также идет от наших христианских корней. Наши высокие добродетели явно относятся к христианскому наследию: справедливость, сострадание, милосердие, прощение, миротворчество, благотворительность. Христианство революционизировало отношения между мужчинами и женщинами, беспрецедентно высоко ценя любовь и взаимную верность. Заключение брака позволяет мужчинам и женщинам раскрыться в коммунитарности. Большинство жертв мы приносим ради наших супругов и детей. Этот дух самопожертвования является еще одним христианским вкладом в Европу, которую мы ценим. Христианские корни питают Европу.

Классические корни поощряют стремление к совершенству. Подлинная Европа никогда не была совершенной. И будущее Европы – в новой присяге на верность нашим лучшим традициям, а не в ложном универсализме, провоцирующем беспамятство и самоотречение. Европа началась не с Просвещения. Наш любимый дом не достигнет высшей стадии развития в Европейском союзе. 

Настоящая Европа в опасности. Достижения народного суверенитета, сопротивление империи, космополитизм, способный к гражданской любви, христианское наследие гуманной и достойной жизни, живая вовлеченность в наше классическое наследие – все это куда-то ускользает. По мере того как покровители ложной Европы конструируют свою псевдохристианскую цивилизацию с всеобщими правами человека, мы утрачиваем наш дом. Мы теряем наш дом.

Ложная Европа похваляется своей беспрецедентной приверженностью человеческой свободе. Однако эта свобода очень однобока. Она подает себя как освобождение от всех ограничений: сексуальная свобода, свобода самовыражения, свобода «быть собой». Поколению-68 видятся в этих свободах драгоценные победы над некогда всемогущим и гнетущим «культурным режимом». Они считают себя величайшими освободителями, и их пороки одобряются как благородные нравственные достижения, за которые весь мир должен быть им благодарен. Преобладает ложная свобода.

Однако для более молодых поколений Европы эта позолота на реальности уже потускнела. Распущенность и гедонизм часто приводят к скуке и тяжкому чувству бессмысленности. Узы брака ослабли. В бушующем море сексуальной свободы глубинная потребность наших молодых людей жениться и создавать семьи часто фрустрирована. Свобода, которая ставит крест на самых сокровенных устремлениях нашего сердца, стала проклятием. Наше общество, похоже, впадает в индивидуализм, изоляцию и бесцельность. Вместо свободы мы обречены на пустое следование догмам культуры, движимой потребительскими инстинктами и СМИ. Мы обязаны сказать правду: поколение-68 разрушало, но не строило. Они создавали вакуум, который в настоящее время заполняется социальными сетями, дешевым туризмом и порнографией. Обретают силу индивидуализм, изоляция и бесцельность.

В то же самое время, когда беспрецедентная свобода становится предметом хвастовства, европейская жизнь подвергается все более жесткому регулированию. Правила, которые зачастую формулируют безликие технократы заодно с заинтересованными лицами во власти, регулируют наши трудовые отношения, наши бизнес-решения, наши образовательные квалификации, все наши новостные и развлекательные СМИ. Политкорректность накладывает жесткие табу, из-за которых бросить вызов существующему положению вещей становится нереальным. Ложная Европа на деле не поощряет культуру свободы. Она продвигает культуру рыночно обусловленной солидарности и политически навязанного подчинения. Нас контролируют и нами управляют.

Ложная Европа также похваляется своей беспрецедентной приверженностью равенству. Она утверждает, что поощряет отсутствие дискриминации и вовлечение в общественно-социальную жизнь всех, вне зависимости от расы, религии и идентичности. Здесь действительно был достигнут определенный прогресс, однако возобладал утопический отрыв от реальности. Как ни парадоксально, затея с европейским мультикультурализмом, отрицающая христианские корни Европы, спекулирует (в преувеличенной и неразумной форме) на христианских идеалах универсальности благотворительности. Она требует от европейских народов самоотречения, посильного разве только для святых. Мы должны прославлять колонизацию нашей родины и кончину нашей культуры как величайшее достижение Европы в XXI веке – коллективный акт самопожертвования во имя некоего нового глобального «сообщества мира и процветания», зарождающегося «здесь и сейчас». Мультикультурализм несостоятелен.

В этом образе мышления есть масса недобросовестного. В последнем поколении все более широкий сегмент нашего правящего класса приходит к выводу, что их собственный личный интерес заключается в ускоренной глобализации. Они хотят создать наднациональные институции и контролировать их в отсутствие неудобств, связанных с народным суверенитетом. Наднациональные мандарины из институций Евросоюза обнуляют политическую жизнь Европы, предлагая на все вызовы один и тот же технократический ответ: альтернативы нет. Мы сталкиваемся с мягкой, но все более реальной тиранией. Технократическая тирания усиливается.

Высокомерие ложной Европы теперь становится очевидным, как бы ее приверженцы ни старались упрочить удобные иллюзии. Прежде всего, ложная Европа оказалась слабее, чем кто-либо мог себе представить. Массовых развлечений и консюмеризма недостаточно для поддержания гражданской жизни. Мы должны говорить честно: европейские общества порядком поизносились. Стоит нам только чуть-чуть присмотреться, и мы увидим использование по максимуму государственной власти, социального «менеджмента» и индоктринацию под видом образования. Фанатизм, с которым мы относимся к своим футбольным кумирам, – отчаянное проявление глубинной человеческой потребности в солидарности; иных способов удовлетворять ее в ложной Европе не осталось. Ложная Европа хрупка и бессильна.

Интеллектуальные классы Европы, увы, в числе главных идеологических поборников тщеславия ложной Европы. Без сомнения, наши университеты – один из главных предметов гордости европейской цивилизации. Но если некогда они стремились передать каждому новому поколению мудрость прошедших веков, то сегодня большинство университетов приравнивает критическое мышление к прямолинейному отречению от прошлого. Наши университеты в настоящее время являются активными агентами продолжающегося культурного разрушения. Возобладала культура отречения.

Элиты надменно выставляют напоказ свою добродетельность. Европейские народы все более скептически относятся к их помощи. Этот растущий скепсис целиком и полностью оправдан. Сегодня в Европе доминирует бесцельный материализм, который, похоже, не может мотивировать мужскую и женскую часть населения заводить детей и создавать семьи. Культура отречения лишает следующее поколение ощущения идентичности.

По мере того как социальные разногласия и гражданское недоверие становятся очевидными, в европейской общественной жизни появляется все больше злобы и жестокости. И никто не может сказать, куда все это заведет. Мы не обязаны идти этим путем. Мы должны свергнуть тиранию ложной Европы. Альтернатива есть.

Работа обновления начинается с богословского самопознания. Универсалистские и универсализующие притязания ложной Европы показывают, что перед нами эрзац-религиозная затея – от начала до конца нашпигованная требованиями верности и анафем. Это мощный опиат, который парализует Европу как политический орган. Мы должны настаивать на том, чтобы религиозные устремления были сведены исключительно к области религии, а не политики и тем более не бюрократической администрации. Чтобы восстановить нашу политическую и историческую субъектность, крайне важно заново секуляризировать европейскую общественную жизнь. Мы должны отказаться от эрзац-религии.

Мы не должны терпеть словесное запугивание, а тем более макабрические угрозы. Нам нужно защищать тех, кто говорит разумно, даже если мы думаем, что их взгляды ошибочны. Будущее Европы должно быть либеральным в лучшем смысле слова, что означает подтверждение приверженности активным публичным дебатам, свободным от всепоглощающих угроз насилия и принуждения. Мы должны восстановить истинный либерализм.

Преодолеть заклятие ложной Европы и прекратить ее утопический, псевдорелигиозный крестовый поход за «безграничный мир» можно, если поощрять новый тип государственного управления и новые типы лидерства. Достойный политический лидер руководит общественным благосостоянием конкретного народа.

Если мы признаем особый характер европейских народов и их христианскую чеканку, нас не должны приводить в замешательство ложные претензии мультикультуралистов. Иммиграция без ассимиляции – это колонизация. И хорошо бы ее отвергнуть. Язык мультикультурализма был импортирован из Америки. После того как было принято большое число иммигрантов, Америка два поколения держала двери вполне себе плотно запертыми. Европе следует перенять американский опыт, вместо того чтобы заимствовать современную американскую идеологию. Мы не должны допустить, чтобы мультикультурная идеология искажала наши политические суждения о том, как наилучшим образом служить общему благу. Но это требует от национальных общин достаточной сплоченности и солидарности, чтобы воспринимать свое благо как общее. Мы должны возродить национальное единство и солидарность.

Многие ошибочно полагают, что Европу сотрясают одни только несогласия по поводу иммиграции. По правде говоря, это всего лишь одно измерение более общей социальной дезинтеграции, которую пора бы обратить вспять. Мы должны восстановить престиж социальных стратификаций. Родители, учителя и профессора обязаны формировать тех, кто находится под их опекой. Здоровая демократия требует социальных и культурных иерархий, которые поощряют стремление к совершенству и воздают почести тем, кто служит общему благу. Нам нужно восстановить кодекс духовного величия и воздать ему должные почести, чтобы наша цивилизация могла противостоять растущей силе оголтелого богатства, с одной стороны, и вульгарных развлечений, с другой. Надлежащая иерархия питает социальное благополучие.

Европе необходимо обновить консенсус относительно нравственной культуры, чтобы можно было направить население в сторону добродетельной жизни. Мы не должны допускать, чтобы ложное представление о свободе препятствовало разумному использованию законов по сдерживанию пороков. Мы должны прощать человеческую слабость, но Европа не сможет процветать, если не будет восстановлено коммунитарное стремление к честному поведению и человеческому совершенству. Культура достоинства вытекает из порядочности и выполнения обязанностей, соответствующих тому или другому социальному положению. Нам необходимо возобновить обмен уважением между социальными классами, характерный для общества, где вклад каждого оценивается по достоинству. Мы должны возродить нравственную культуру.

Экономический рост, хоть он и благотворен, сам по себе не является высшим благом. Рынки должны ориентироваться на социальные цели. Сегодня корпоративная мегаломания угрожает даже политическому суверенитету. Нации должны сотрудничать, чтобы дать отпор амбициям и бездумности глобальных экономических сил. Мы поддерживаем разумное использование государственной власти для поощрения неэкономических социальных благ. Рынки нужно ориентировать на социальные цели.

Мы считаем, что история и культура Европа заслуживают сохранения. Однако наши университеты слишком часто предают наше культурное наследие. Нам необходимо реформировать образовательные программы, чтобы способствовать передаче нашей общей культуры, а не воспитывать молодых людей на культуре отречения. Учителя и наставники на всех уровнях должны быть связаны обязательством помнить. Они должны гордиться своей ролью – моста между поколениями прошлого и поколениями, заступающими на их место. Мы также должны возродить высокую культуру Европы, сделав возвышенное и прекрасное нашим общим стандартом, и отвергнуть деградацию искусств до уровня политической пропаганды. Это потребует культивирования нового поколения «патронов культуры». Корпорации и бюрократы оказались горе-пастырями культуры. Необходимо реформировать образование.

Брак является фундаментом гражданского общества и основой гармонии между мужчиной и женщиной. Теснейшая из всех связей – деятельность, сосредоточенная вокруг ведения домашнего хозяйства и воспитания детей. Мы утверждаем, что самые главные роли в обществе для нас как представителей человечества – это роли отца и матери. Брак и дети являются неотъемлемой частью любого представления о человеческом процветании. Дети требуют самопожертвования от тех, кто вводит их в мир. Любая подобная жертва благородна и заслуживает похвалы. Мы поддерживаем разумную социальную политику, поощряющую и укрепляющую брак, деторождение и воспитание детей. Общество, в котором дети нежеланны, не имеет будущего. Брак и семья необходимы.

Мы отвергаем как ложное утверждение о том, что нет никакой ответственной альтернативы искусственной, бездушной солидарности «единого рынка», транснациональной бюрократии и пустопорожним развлечениям. Хлеба и зрелищ недостаточно. Ответственной альтернативой является подлинная Европа. Наше будущее – это истинная Европа.

В данный момент мы просим всех европейцев присоединиться к нам, отвергнув утопическую фантазию о «мультикультурном мире без границ». Мы по праву любим нашу родину и стремимся передать нашим детям все то благородное, что мы сами получили в наследство. Как европейцы мы также разделяем общее наследие, и оно является для нас, в том числе, требованием мирно жить вместе, как Европа наций. Наше предложение – вернуться к национальным суверенитетам, но восстановить достоинство общей политической ответственности – за будущее Европы. Мы должны взять на себя ответственность [1].

  1. Ложная Европа: взгляд из Киева

         На европейский крик отчаяния откликнулся киевский философ Андрей Баумейстер. Отметив, что «без преувеличения этот документ можно назвать одним из главных интеллектуальных событий года», он признал, что «европейская пресса обошла публикацию Парижской декларации молчанием. Дружное молчание европейской прессы вполне красноречиво. Оно является еще одним свидетельством того, что в современной Европе идеи, идущие вразрез с общепринятым интеллектуальным «трендом», стараются игнорировать или маргинализировать» [2].

         А как отнеслись к идущим вразрез с общепринятым интеллектуальным «трендом» идеям на Украине? Аналогично. Ведь «Україна – це Європа».

         Два года назад философ закончил свой текст риторическим вопросом: «Для нас, украинцев, эти вопросы имеют еще один важный аспект. Мы должны ответить на вопрос, какую Европу мы выбираем? Поэтому идеи, изложенные в Парижской декларации, имеют для нас особую ценность» [2]. Вопрос риторический, поскольку ответ на него всем известен: в 2014 году Украина выбрала именно ту Европу (со всеми ее плюсами и минусами), о которой написали в своей декларации европейские интеллектуалы.

         Спустя два года (7.03.19 г.) на том же сайте Баумейстер пишет уже не о соблазнах, а об угрозах ложной Европы: «Загрози хибної Європи: філософські роздуми над текстом Паризької декларації» [3]. Таким образом, отрицательная динамика налицо. Философ пишет уже на «державній мові». Отсюда можно сделать вывод, что названные в декларации проблемы приобретают остроту и актуальность уже не столько для Европы, сколько для Украины.

«Для тексту вкрай важливе протиставлення справжньої і хибної Європи. Справжня Європа передусім сформувалася під впливом християнства…Ідейно-культурній єдності християнства автори Декларації протиставляють псевдорелігійний універсалізм грошей і жорсткого нормативного регулювання в межах ЄС. Хибна Європа ґрунтується на засадах світського універсалізму, на принципах секулярної квазірелігії, доволі агресивної, авторитарної, навіть із елементами «м’якої» тиранії». На думку авторів Декларації Європа зраджує власній ідентичності, відмовляючись від культурного спадку. Той проект, що розвивається сьогодні, – це хибна Європа. Ідеться про штучний конструкт, базований на секулярній релігії, на своєрідному контробразі християнства. Прихильники хибної Європи створюють лжехристиянство універсальних прав людини.

Автори Декларації намагаються виявити основні лінії спотворення справжньої Європи. Передусім вони звертають увагу на хибний образ свободи, яку адепти нового порядку тлумачать як звільнення від усіх обмежень. Така свобода породжує лише гедонізм, що викликає відчуття нудьги та втрати сенсу. Є одразу кілька аспектів спотворення й обмеження свободи. На одному полюсі – внутрішня порожнеча, відчуження, втрата моральних орієнтирів, збідніння духовного світу, а на іншому – посилення зовнішнього контролю, обмеження свободи слова, уникання гострих дискусій.

Інша лінія спотворення європейської ідентичності – хибний образ культури. Автори критикують проект мультикультуралізму, показуючи його як карикатуру на ідею християнської універсальної любові до ближнього. Цьому проектові відводили роль терапевтичного знаряддя для зняття культурної напруги – але спроба виявилася невдалою.

Особливу увагу приділено відповідальності інтелектуалів за те, що коїться з європейською політикою й культурою в останні десятиліття. Досвід останнього часу тільки потверджує тезу про те, що сьогодні в університетах панує дух конформізму й нетерпимості до інакодумства: наприклад, серед представників двох останніх поколінь німецьких філософів переважає думка, що утримання філософа від публічної активності – це радше благо, ніж недолік.

Насамперед важливо позбавити хибну Європу її ідеологічного фундаменту, відмовитися від фальшивого універсалізму – секулярної квазірелігії. Цей заклик свідчить проти тлумачення Декларації як проекту нового середньовіччя й архаїзації. Він демонструє також певність авторів у тому, що головне джерело сучасних європейських проблем – світоглядне, ментальне. Нав’язаний штучний інтелектуальний конструкт (світська квазірелігія) паразитує на християнстві (з одного боку, відмовляючись від нього, а з іншого, використовуючи деякі християнські ідеї в секуляризованій і спотвореній формі).

Ця квазірелігія агресивна й нетерпима, вимагає сліпої віри й закрита для аргументів – тому її треба піддати раціональній деструкції. Ідеться про серйозний інтелектуальний виклик: виявити повну безпідставність, суперечливість і непослідовність поширеної серед технократичних європейських еліт квазірелігії.

Здорова демократія потребує соціальних і культурних ієрархій, які сприяють прагненню до досконалості й шанують тих, хто служить спільному благу. Авторам тут ідеться не про якісь нові групи привілейованої аристократії, а про важливу роль моральних авторитетів, позиція яких не залежить від впливу великих грошей чи від тиску вульгарної посередності. Європа успадкувала від античності уявлення про чесноти й ідею людського вдосконалення. Християнство посилило їх, додавши до античного списку ще авторитет святості й духовної аскези. Без моральних авторитетів, тільки орієнтуючись на культ багатства й розваг, демократичне суспільство не може повноцінно функціонувати й розвиватися» [3].

Философ считает, что «діагноз, запропонований у Декларації, цілковито коректний і відповідає реальній ситуації. Комусь ці тези можуть здатися занадто різкими й полемічними, але перед обличчям реальної небезпеки треба називати речі своїми іменами. Ідеться не про те, чи різкі певні висловлювання, а про те, чи вони обґрунтовані. На моє глибоке переконання, кожен параграф Декларації можна розгорнути в окреме дослідження, яке вдасться підтвердити сильними аргументами й реальними фактами.

Звісно, виникає запитання, чи можна змінити ситуацію. Чи можна насправді протистояти небезпекам хибної Європи? Наскільки життєздатні кроки виходу з кризи, запропоновані в Декларації?..Зараз ми перебуваємо на важливому роздоріжжі. Нас намагаються переконати в безальтернативності того шляху, який обрала сьогодні Європа. Однак багато хто в Європі та світі відчуває, що теза про безальтернативність глибоко хибна. Усе залежить від волі й інтелектуальної мужності тих, хто бачить Європу іншою, для кого європейська традиція, великий спадок античності, християнства і європейського модерну – не порожні слова. Автори Декларації застерігають від пасивності й закликають до активної співпраці. Варто до них дослухатися» [3].

Так говорил Баумейстер…

  1. Ложная Европа: взгляд из Луганска

Киевский философ является сторонником «настоящей» христианской и противником «ложной» безбожной Европы. Однако, сама Украина тоже весьма неоднородна. Где же искать «настоящую» Украину? По всей видимости – в украинской классике. В литературе это Т. Шевченко, Л. Украинка, И.Франко и пр. Очевидно, это и есть самая «настоящая» Украина. Что же украинские классики думали о христианстве?

Т. Шевченко: «Наробив ти, Христе, лиха»; «Коли ти вiдпочити ляжеш, Боже утомлений, I нам даси жити»; «проклену святого Бога»… И так далее все в том же духе. Налицо богоборчество.

Л. Украинка дошла уже до атеизма: «Всi боги i Єгова Вони вже вмерли, їх не оживить Тепер уже пора змiнити мову». И так далее все в том же духе.

Но И. Франко переплюнул всех: «Чорте, демоне розлуки, буду я навiки твiй. Весь тобi вiддамся в руки. Лиш те серце заспокiй». И так далее в том же духе.  Это обыкновенный сатанизм.

Таким образом, «настоящая» Украина склонна к богоборчеству, ницшеанству и сатанизму. И в этом она ничем не отличается от «ложной» Европы. Отсюда следует, что «настоящая» Украина представляет собой очевидную угрозу для «настоящей» Европы.   

Представим себе, что «настоящая» Украина слилась с «ложной» Европой и тем самым значительно усилила ее. Что же останется от «настоящей» христианской Европы? А если «ложная» Европа сольется с «настоящей» Украиной и тем самым усилит ее? Что же останется от Украины христианской?

Таким образом, перед современной Украиной встает вопрос: «Какой ты хочешь быть Европой? Европой Ницше иль Христа?» А пока этот судьбоносный вопрос не решен, украинцы, со школьной скамьи впитавшие токсичную украинскую культуру, могут услышать от озабоченных судьбой Европы христиан одно: hands off!

 

ЛИТЕРАТУРА

 

  1. Парижская декларация «Европа, в которую мы сможем верить». – [Электронный ресурс] – URL: http://gefter.ru/archive/23289
  2. Баумейстер А.О. О соблазнах ложной Европы. – [Электронный ресурс] – URL: http://andriibaumeister.com/
  3. Баумейстер А.О. Загрози хибної Європи: філософські роздуми над текстом Паризької декларації. – [Электронный ресурс] – URL: http://andriibaumeister.com/

 

 

Деревянко Константин Васильевич, кандидат философских наук, доцент кафедры мировой философии и теологии Луганского национального университета имени В. Даля, г. Луганск, ЛНР

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.