Трансформация образа Леты в стихотворении Елены Заславской «Платоники. У берега Леты». 

Редактор «Одуванчика» Нина Ищенко приняла участие в 8-й Московской
международной Платоновской конференции, состоявшейся в Российском государственном гуманитарном университете 27 ноября 2020 г.

В докладе рассматривается трансформация образа Леты из диалога «Государство» в стихотворении Елены Заславской «Платоники. У берега Леты». 

Платоники. У берега Леты

Елена Заславская. Фото – Светлана Кадышева

Любить и помнить — это удел живых.
Мертвые сраму не имут.
Смерть внезапна, будто удар под дых.
Сбивает с ног. Делает нас другими.

Помни меня, даже если придётся забыть.
Там, за чертой. Там, у самого края
Губы потрескались и пересох язык.
Но вот река. И вода у неё ледяная.

Иди, искупайся в этой реке.
Хлебни воды, как молока из крынки,
Почувствуй: тает на языке
Имя мое, как льдинка.

В речной песок оседают сны.
Все поглощает река забвенья,
Фантомный образ мой все ж фонит
В районе солнечного сплетенья.

Когда же остынет и этот след,
Ты выйдешь в мир, чтоб искать ответы:
Узнать, как любовь побеждает смерть!
А может, смерти и вовсе нету.
2020

Диалог «Государство» – один из самых сложных диалогов Платона. Важную роль в нем играет тема справедливого посмертного воздаяния, которая раскрывается и в рассуждениях персонажей, и в драматической ситуации самого диалога: беседа происходит перед поражением Афин в Пелопонесской войне и последовавшей за этим гражданской войной, в финале которой состоялась казнь Сократа.

Стихотворение современной русской поэтессы транслирует платоновский образ Леты – реки царства мертвых, которая дарует забвение от тревог, что особенно актуально в пору смут и гражданских войн. Однако если для Платона забвение – шаг на пути осуществления всемирной справедливости, то у Заславской тема справедливости и забвения трансформируется в тему любви и памяти. Итак, стихотворение «Платоники. У берега Леты» транслирует и одновременно трансформирует платоновский топос в горизонте платоновской и христианской мысли.

Скачать пдф по ссылке: Ищенко Н.С. Образ реки забвения в стихотворении Елены Заслав-

Поделиться в соц. сетях

0

3 комментария

  1. Николай:

    — Скажите, Елена, а где вас можно почитать?
    — Меня можно везде почетать. Я люблю, когда меня почетают.(с)

    А на стихи Елены Заславской, кто-то уже писал эпиграммы?

    Хватай на лету

    Я столько раз получала под дых,
    Я столько раз была бита и ныла,
    Но боль терпеть – это удел живых,
    И помнить мёртвых врагов имя.

    Устала я помнить, и мне бы забыть
    Всех, ставших теперь другими,
    А мне ведь нужно ещё их любить,
    Ведь мёртвые сраму не имут.

    И я узнаю, что из некой реки
    Можно хлебнуть, как из крынки –
    И тогда всё, и всему вопреки
    Растворится, растает, как льдинки.

    Речной песок оставляет следы,
    Он – не река забвенья.
    Я иду дальше – по колено воды,
    А надо – до солнечного сплетенья.

    Ты хочешь знать, что смерти нету? –
    Не нужно тратить время зря!
    Ты вышел в мир искать ответы? –
    Их есть с собою у меня!

  2. Нина Ищенко:

    Прекрасно, что данное стихотворение находит отклик и в научной среде, и в графоманской. Появляются рецензии, доклады и даже пародии!

  3. Николай:

    Дело в том, что, например, ваша деятельность — научная, или скажем написание стихов, она для кого делается? Разве она не предназначена для народа? Я достаточно взрослый мальчик, чтобы понимать, что вполне сносно рифмую слова. А значит, называя меня графоманом, вы говорите, что моё отличие от стихов Елены Заславской кроется в смысле, который заложен в рифмованных строчках. Дескать её стихи — это культурная ценность, а мои — нет. Но, если, скажем, взять с десяток стихотворений Елены и я напишу на них десять каверов-пародий, то с чего вы взяли, что мои стихи не будут востребованы у народа, при том, что её стихи подразумеваются вами уже востребованными у населения? Её творчество изучается сейчас в школах ЛНР на уроках литературы? Я просто не в курсе…
    У меня, как графомана, есть потенциал для роста и развития. Надо все лишь рифмовать слова о вечном, прекрасном, добром и разумном. Неужели вы думаете, что я не в состоянии это делать? Да даже если просто рифмовать смешно, без особо смысла, это уже не будет пустой тратой времени.
    А вот ваша научная деятельность, в каком состоянии находится? Вы уже достигли потолка или ещё развиваетесь? Как понять, насколько ваша научно-философская деятельность является действительно полезной и востребованной? Может вас вполне можно также назвать графоманкой от науки, как вы меня назвали графоманом от поэзии? Как вы сами оцениваете то, чем занимаетесь?
    Опять же, я просто не в курсе, когда у вас были аншлаги на собраниях вашего общества? Я видел на сайте, вы там книгу выпустили о своём обществе, а я написал пародию на стихи Елены. Неужели вы не понимаете, что ваше влияние на общество, выпуском своей книги, ничем по сути не отличается от моего влияния написанием стихотворения, пардон, рифмованными строчками?
    Зачем вы занимаетесь тем, чем занимаетесь? Людей делаете лучше, или просто пытаетесь на них заработать?
    Помните, в мультфильме — «Я беспороден, это минус, но благороден это плюс»?
    Есть поэты, есть графоманы, и есть народ. Народ — это кто? С этой точки зрения, народ — это бездари.
    Так разве это не хорошо, что я явлюсь графоманом, а не бездарем-обычным человеком? Или всё-таки плохо, что я не являюсь поэтом?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.