МИФОЛОГИЧЕСКИЕ ОБРАЗЫ В СОВРЕМЕННОЙ ПОЭЗИИ ДОНБАССА

Война это событие, которое затрагивает всех и каждого. Это время предельного выбора, когда каждый человек должен решить, что он будет делать, что он готов отдать, а за что готов бороться до последнего. В 2014 году началась война Украины и Донбасса, которая продолжается по сей день.  Именно война пробуждает мифологические пласты народного сознания. События последних лет нашли отражение в литературе, в современной донбасской поэзии.

Миф о войне как язык Памяти

Миф о войне – это, пожалуй,  самая ранняя поэзия всех великих народов. Так «Илиада» описывает события Троянской войны, «Махабхарата» повествует  о распре между двоюродными братьями – Пандавами  и Кауравами. В «Беовульфе» герой сражается со страшным чудовищем  Гренделем  и опустошающим страну драконом. А в основе сюжета  «Слова о полку Игореве» –  неудачный поход русских князей на половцев, организованный  князем Игорем Святославичем. И неслучайно для описания этих событий  была избрана форма стиха. 

Луганский философ и публицист Виталий Даренский называет поэзию универсальным языком Памяти. По его мнению, поэзия пробуждает в человеке прапамять – нечто такое, что предшествует индивидуальной человеческой памяти в обычном понимании этого слова. Прапамять  дарит нам чувство изначальной причастности неизбывному смыслу бытия, это память о неслучайности нашей жизни. Таким образом, «в любом подлинно поэтическом тексте неизбежно «зашифрован» некий универсальный сюжет, который по сути своей совпадает с ”основным мифом культуры”», мифом о змееборчестве, о борьбе двух антагонистов.

Основная функция мифа в обществе – задавать в эстетической и сакральной форме образцы социально-одобряемого поведения, которое способствует выживанию общества как целого, а не выражает интересы отдельных социальных групп.

Поэтому в период войн и потрясений актуализируются те мифы, которые доказали свою жизнеспособность, сохранив общество в кризисных ситуациях. Ведь именно в это время перед человеком встают извечные вопросы: зачем он живет, ради чего он живет и ради чего он может отдать свою жизнь.

«Тот, кто не готов сражаться и умирать, не может по-настоя­щему жить. Это уже призрак, полусущество, случайная тень, несомая к разве­иванию в пыли небытия. Поэтому везде, даже в самой мирной из цивилиза­ций – в христианской цивилизации, никогда не прекращался культ войны и культ воина, защитника и хранителя, стража тонкой формы, которая и давала нации смысл и содержание. Не случайно так почитаем православными Святой Георгий, воин за Веру, заступник за православный люд, спаситель еще земно­го, но уже православного (т.е. уже ставшего на небесные пути) царства», – написал в своей книге «Философия войны» философ Александр Дугин.

Памятник защитникам Луганской Народной Республики «Они отстояли Родину» открыт в 2016 году. Созданием памятника руководил скульптор Виктор Горбулин. Памятник дважды был объектом диверсий украинских ДРГ. На обратной стороне гранитной плиты, в контурах Луганской области, нанесен лик Богородицы и написано: «Вечная память и слава вставшим на защиту Отечества, заслонившим собой Луганщину от фашиствующего национализма. Упокой, Господи, души убиенных воинов, жизнь свою за Веру и Отечество положивших, и всяк в междоусобной брани пострадавших, и прости им все прегрешения вольные и невольные, и даруй им Царствие Небесное».

Наши павшие – как часовые

Для Донбасса, который является частью русского культурного пространства,  ближайшим периодом актуализации связанных с войной мифологических смыслов была  Великая Отечественная война 1941-1945 годов  против немецко-фашистских захватчиков.

В тот период Донбасс несколько месяцев оборонялся от гитлеровских армий, около двух лет был под оккупацией, во время которой не прекращал борьбу. Здесь действовали подпольные организации, включая самую известную в пределах  Советского Союза «Молодую гвардию».  Это была  антифашистская комсомольская организация юношей и девушек, которых мы и сейчас называем молодогвардейцами, и которые были зверски замучены и казнены фашистами.

События тех лет ставили каждого человека на Донбассе в ситуацию экзистенциального выбора, когда перед лицом смерти он должен был определяться, ради чего он живет и почему он делает то, что он делает. Осмысление этих вопросов нашло отражение в произведениях искусства того периода.

Несмотря на общую атеистическую идеологию советского государства, массовое включение в повседневность таких  глубинных пластов человеческого бытия  заставляло обращаться к мифологическим образам.  

«Поэзия о Великой Отечественной войне, помимо своего особого значения в истории русской литературы, остается неиссякаемым хра­нилищем исторической памяти и духовного опыта народа, которые никому не удастся разрушить: «Наши павшие – как часовые», – пишет Даренский.

 Ключ к поэтическим текстам: три архетипа

Философ выделяет три архетипа, зашифрованные в поэтических текстах. По его мнению, они содержат важнейший смысл войны, как духовного испытания народа, способного дать опыт Родины, который созидает народ как единое целое, и ту священную память о героях и жертвах, которая делает и все последующие поколения готовыми к подвигам и жертвам ради защиты своих святынь.

Архетип-1: прохождение через символическую смерть (самоотождествление автора с погибшими, вещание из инобытия, венчание со смертью).

Александр Твардовский «Я убит подо Ржевом»

Я убит подо Ржевом,

В безымянном болоте,

В пятой роте,

На левом,

При жестоком налете.

Я не слышал разрыва

И не видел той вспышки, –

Точно в пропасть с обрыва –

И ни дна, ни покрышки.

И во всем этом мире

До конца его дней –

Ни петлички,

Ни лычки

С гимнастерки моей…

Архетип-2:трагическая вина и ее искупление (жизненное искупление, жить за тех, кто погиб).

Александр Твардовский «Я знаю, никакой моей вины»

Я знаю, никакой моей вины

В том, что другие не пришли с войны,

В том, что они – кто старше, кто моложе

Остались там, и не о том же речь,

Что я их мог, но не сумел сберечь, –

Речь не о том, но все же, все же, все же…

Архетип-3: вхождение в сакральную общность людей Родины (общая беда и общая Победа над ней, сродненность судеб).

Анна Ахматова «Мужество»

Мы знаем, что ныне лежит на весах

И что совершается ныне.

Час мужества пробил на наших часах,

И мужество нас не покинет.

Не страшно под пулями мертвыми лечь,

Не горько остаться без крова, –

И мы сохраним тебя, русская речь,

Великое русское слово.

Свободным и чистым тебя пронесем,

И внукам дадим, и от плена спасем

Навеки!

Мифологическое пространство определяется циклическим временем, то есть все значимые события повторяются и в некотором смысле существуют одновременно, представляя собой синхронный срез мифологического пространства.

 Эти русские русские мальчики не меняются

Нынешняя война на Донбассе 2014-2019 годов воспринимается местными жителями как освободительная война против захватчиков и оккупантов с Запада. В мифологическом пространстве современные события естественным образом осмысляются как рядоположные с событиями Великой Отечественной войны, что заставляет обратиться  к советской культуре, которая средствами  своего времени выражала образы и типы социального поведения, позволившие сохранить общество во время Великой Отечественной войны, а в современной поэзии Донбасса заметить те же архетипы, которые так ярко проявились в военной советской поэзии.

Прохождение через символическую смерть:

Анна Вечкасова  «А скорая меня не довезла»

А «скорая» меня не довезла,

напрасно била об асфальт колеса.

В единый миг я стала безголоса

среди руин и битого стекла…

Наталья Лясковская «А вдруг это не я убита под Донецком»

… стою под минный вой на проклятом мосту

а смерть в лицо орет давай отборным матом

меняй скорее жизнь на лучшую на ту

и старики чей мир опять войной разорван

погибшие в боях отцы и сыновья

и матери в слезах и дочери по моргам

все эти люди я

все эти люди я

Трагическая вина и ее искупление.

Ирина Быковская «Они лежат»

Они лежат – всем нам, живым, в вину.

И даже в смерти держатся за руки.

Седая женщина и маленькие внуки.

И та, и эти рождены в войну.

И мужики срываются на вой.

И вновь хоть кулаки грызи от боли.

И выжжены глаза от слезной соли.

И стонут Небеса над головой…

Вхождение в сакральную общность людей Родины.

Позволю себе процитировать свое стихотворение  «Эти русские», посвященное другу и написанное в день принятия присяги в ополчении Донбасса.

Эти русские мальчики не меняются:

Война, революция, русская рулетка,

Умереть пока не успел состариться,

В 19, 20, 21 веке.

Эти русские девочки не меняются:

Жена декабриста, сестра милосердия,

Любить и спасать, пока сердце

В груди трепыхается

В 19, 20, 21 веке.

Ты же мой русский мальчик:

Война, ополчение, умереть за Отечество…

Ничего не меняется,

Ничего не меняется,

Бесы скачут,

Ангелы ждут на пороге вечности.

Я твоя русская девочка:

Красный крест, белый бинт, чистый спирт…

В мясорубке расчеловечивания

Будет щит тебе

Из моих молитв.

А весна наступает. Цветущие яблони

Поют о жизни, презревшей тлен,

Так, будто тоже они православные,

Русские и после молитвы встают с колен.

И хотя ничего не меняется, и хотя мифологическое время циклично,  приходят новые герои, чтобы разрушить старые табу, о чем написал в своем «Манифесте нового акционизма» луганский поэт Александр Сигида-сын: «настоящие табу еще предстоит разрушить. Табу на выход из зоны комфорта, табу на восстание. Избавиться от табу на отвагу. Отбросить табу на преклонение перед государством и его ржавыми тотемами», а  российский поэт  Игорь Караулов  в Стихах о войне.

«Назовите молодых поэтов», –

попросил товарищ цеховой.

Назову я молодых поэтов:

Моторола, Безлер, Мозговой.

Кто в библиотеках, кто в хинкальных

а они – поэты на войне.

Актуальные из актуальных

и контемпорарные вполне….

Кровью добывается в атаке

незатертых слов боезапас.

Хокку там не пишутся, а танки

Иловайск штурмуют и Парнас…

Но ради чего это все? Ради чего «Кровью добывается в атаке незатертых слов боезапас?». Чтобы защитить свой дом! Чтобы родилась Новороссия! Чтобы жить и растить детей в традициях своего народа. Чтобы защитить тех, кому только предстоит понять, какою ценою мы платим за возможность прожить эту жизнь с гордо поднятой головой.

Юрий Юрченко «Ватник»

Зачем иду я воевать? –

Чтоб самому себе не врать,

Чтоб не поддакивать родне:

«Ты здесь нужней, чем на войне,

Найдется кто-нибудь другой,

Кто встанет в строй, кто примет бой…»

За это «неуменье жить»

Не грех и голову сложить.

Донбасс уже пережил и переосмыслил советскую поэзию, пишет публицист Мария Солодилова, в то же время разразившийся в Киеве в феврале 2014 года Майдан привел к колоссальному сдвигу сознания: память о победе над фашизмом при фактическом насаждении нового фашизма оказалась не нужна Украине.

Российский поэт Сергей Арутюнов высказал мысль, что у литераторов Донбасса появился исторический шанс создать прорывную литературу реалистического извода, которая могла бы обратить Россию к истинным ценностям – подлинной свободе, настоящему братству и неложному равенству.

Елена Заславская для «Казачьего вестника».

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

2 комментария

  1. Аноним:

    Елена, сильно написано….

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.