• 6fc240e05_150x100
    •  

     

     

    Елена Заславская

    По ту/эту сторону ЧК.

    По ту сторону ЧК.

     

    Вглядываюсь в черный квадрат окна,

    Вижу бездну, в которой не видно дна,
    Супрематичные звезды касаются лба,
    Я шевелю губами, шепчу слова.

    Этот звездный венец, как цветущий тёрн,
    Рожденный от боли, рождает боль,
    Для меня значит быть — это быть с тобой.
    Кто ты, бездна? Имя своё открой.

    А цветущий тёрн корнем в сердце недр,
    А верхушкой тёрн в центр небесных сфер,
    И стоит вопрос, а ответа нет:
    Как твое имя, бездна? И клином свет?

    Или клином тьма?
    Не нахожу ответа, схожу с ума,
    Нужно выйти за рамки тела, сознания, или окна,
    За рамки квадрата, в котором заключена

    Разгадка, ответ на вопрос.
    И остается взглянуть в лицо черной бездне, встать во весь рост,
    Смешать этот космос с маслом
    И нанести на холст.

     

               По эту сторону ЧК.

     

               Вглядываюсь в черный квадрат – айпад,

               Сейчас я коснусь его и пойдет игра,

               У героя в запасе жизнь, но она одна.

               Герой ищет смысл, стоит у окна.

     

               Это только иллюзия, фата-моргана, мираж,

               Чистая ложь, превращенная в блажь,

               19-й век, 20-й, а может наш,

               Не важно,

               Герой готов совершить оммаж,

     

              Но перед этим хочет узнать: кто я?

              Вопрос, что сводит его с ума,

              Он видит свое отражение в раме окна,

              Хочешь увидеть бездну? Тогда загляни в себя.

     

              Каждый из нас играет и создает свой мир,

              У героя есть краска и холст

              И зовут его Казимир.

              Истина – это просто. Знаешь – изобрази.

     

          Надеюсь, внимательный читатель заметил, что в предыдущем посте мы анализировали только первую часть диптиха. Сегодня почитаем вторую этого во многом загадочного сочинения.


          С первых же строк мы замечаем смещение дискурсивных стратегий. Если в первой части речь шла на уровне объективности, серьезности, то стихия второй – призрачность и ирреальность.

           Синонимический ряд окна, бездны, черного квадрата, как границы этого мира и потустороннего дополняется образом айпада. Игра, начавшаяся в нем, вносит в стихотворение мотивы иллюзорности, виртуальности. Причем образ лирического героя раздваивается – он сам и Играющий, и «актер» этой компьютерной игры. Ощущение миража, призрачности мира овладевает героем. Его зыблющееся сознание можно охарактеризовать словом отчуждение, потеря идентичности. Появляется известный по первой части мотив встречи двух бездны — бездны над нами и бездны внутри нас, их тождественности. Выход из кризиса герой, как и в первой части, находит на путях творчества, он "готов совершить оммаж», так называли в средневековой Европе ритуал работы-подражания, которую выполнял один художник в знак уважения перед другим. Кто же этот Другой, который служит своего рода архетипическим Художником, художником par excellence, носителем истины? Это конечно Казимир Малевич, великий Мастер, Маг и Мистагог. Но парадокс в том, что он в то же время и сам герой, и каждый из нас. Каждый из нас в своем творческом порыве в состоянии приобщиться великой игре, творчеству, истине – таким утешительным тезисом заканчивается это замечательное стихотворение.

    Поделиться в соц. сетях

    0

    Posted by admin @ 01:52

    Tags: , , , , , ,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.