Опыт №2. Поэт над бездной… смыслов. Часть 2.

  • 6fc240e05_150x100
  •  

 

 

Елена Заславская

По ту/эту сторону ЧК.

По ту сторону ЧК.

 

Вглядываюсь в черный квадрат окна,

Вижу бездну, в которой не видно дна,
Супрематичные звезды касаются лба,
Я шевелю губами, шепчу слова.

Этот звездный венец, как цветущий тёрн,
Рожденный от боли, рождает боль,
Для меня значит быть — это быть с тобой.
Кто ты, бездна? Имя своё открой.

А цветущий тёрн корнем в сердце недр,
А верхушкой тёрн в центр небесных сфер,
И стоит вопрос, а ответа нет:
Как твое имя, бездна? И клином свет?

Или клином тьма?
Не нахожу ответа, схожу с ума,
Нужно выйти за рамки тела, сознания, или окна,
За рамки квадрата, в котором заключена

Разгадка, ответ на вопрос.
И остается взглянуть в лицо черной бездне, встать во весь рост,
Смешать этот космос с маслом
И нанести на холст.

 

           По эту сторону ЧК.

 

           Вглядываюсь в черный квадрат – айпад,

           Сейчас я коснусь его и пойдет игра,

           У героя в запасе жизнь, но она одна.

           Герой ищет смысл, стоит у окна.

 

           Это только иллюзия, фата-моргана, мираж,

           Чистая ложь, превращенная в блажь,

           19-й век, 20-й, а может наш,

           Не важно,

           Герой готов совершить оммаж,

 

          Но перед этим хочет узнать: кто я?

          Вопрос, что сводит его с ума,

          Он видит свое отражение в раме окна,

          Хочешь увидеть бездну? Тогда загляни в себя.

 

          Каждый из нас играет и создает свой мир,

          У героя есть краска и холст

          И зовут его Казимир.

          Истина – это просто. Знаешь – изобрази.

 

      Надеюсь, внимательный читатель заметил, что в предыдущем посте мы анализировали только первую часть диптиха. Сегодня почитаем вторую этого во многом загадочного сочинения.


      С первых же строк мы замечаем смещение дискурсивных стратегий. Если в первой части речь шла на уровне объективности, серьезности, то стихия второй – призрачность и ирреальность.

       Синонимический ряд окна, бездны, черного квадрата, как границы этого мира и потустороннего дополняется образом айпада. Игра, начавшаяся в нем, вносит в стихотворение мотивы иллюзорности, виртуальности. Причем образ лирического героя раздваивается – он сам и Играющий, и «актер» этой компьютерной игры. Ощущение миража, призрачности мира овладевает героем. Его зыблющееся сознание можно охарактеризовать словом отчуждение, потеря идентичности. Появляется известный по первой части мотив встречи двух бездны — бездны над нами и бездны внутри нас, их тождественности. Выход из кризиса герой, как и в первой части, находит на путях творчества, он "готов совершить оммаж», так называли в средневековой Европе ритуал работы-подражания, которую выполнял один художник в знак уважения перед другим. Кто же этот Другой, который служит своего рода архетипическим Художником, художником par excellence, носителем истины? Это конечно Казимир Малевич, великий Мастер, Маг и Мистагог. Но парадокс в том, что он в то же время и сам герой, и каждый из нас. Каждый из нас в своем творческом порыве в состоянии приобщиться великой игре, творчеству, истине – таким утешительным тезисом заканчивается это замечательное стихотворение.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*