Как провести досуг в Луганске. Афиша мероприятий

<< >>

Наследники и бастард: Владимир и его братья

Татьяна Волоконская

Вопрос о том, чьей заслугой является имянаречение сыновей Святослава, хотя и безусловно интересен, окончательному решению поддаётся вряд ли, ввиду крайне скудного количества источников информации. Наиболее логичной кандидатурой, впрочем, выступает бабушка княжичей Ольга, в основном и занимавшаяся их воспитанием. Самого Святослава, судя по всему, мало что заботило так, как хорошая драчка: до такой степени он, видимо, увлёкся в детстве метанием копья промеж конских ушей. Как бы то ни было, имядаритель выказал недюжинный политический ум и малую толику чисто женского коварства.

Старший сын и наследник Святослава получает имя «Ярополк» – снова декларативно славянское, составленное из двух легко распознаваемых славянских основ, что станет характерно для большинства княжеских имён домонгольских Рюриковичей. По такому же принципу было составлено имя самого Святослава – но интересно, что этой словообразовательной моделью сходство между именами отца и сына исчерпывается. Никакой привычной для германо-скандинавского мира варьируемости отцовского (а иногда и материнского) имени в сыновьем, при которой минимум одна из именных основ переходит в следующее поколение, хотя уже для потомков Владимира этот принцип будет активно использоваться. Возможно, именно очевидность происхождения этого антропонимического правила и отталкивает молодую династию, старательно обживающую для себя совсем другую языковую культуру.

Подобное расподобление имён двух великих киевских князей при их поверхностном сходстве, кстати говоря, ещё дальше уводит род от его скандинавских основателей. Если следовать гипотезе Членова (а можно и не следовать, учитывая её крайний экзотизм), которую приводят Литвина и Успенский, имя «Святослав» может интерпретироваться как контаминирующий перевод на славянский семантического содержания имён «Рюрик» и «Олег» – двух предшественников князя по властной вертикали. Имя же «Ярополк» в этом случае представляет собой следующий шаг по пути славянизации династии: от компромиссного сочетания скандинавского содержания со славянской оболочкой – к чисто славянскому имени.

 

Read more

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Постиндустриальный Донбасс

Памятник Горькому в Макеевке, ДНР, 2018.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

«Все идет по плану» в центре Нью Йорка поет негр

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Варяги и славяне: от Рюрика до Святослава

Татьяна Волоконская

Ёрническое (местами — очень ёрническое) рассуждение о том, как борьба за власть Рюриковичей домонгольского периода отражалась в их антропонимиконе и какое место во всём этом безобразии занимала память о Рюрике-основателе. Основными источниками надругательства над официальной историографией послужили три первых тома «Истории государства Российского» Н.М. Карамзина и монография А.Ф. Литвиной и Ф.Б. Успенского «Выбор имени у русских князей в X–XVI веке: Династическая история сквозь призму антропонимики».

***

Получаются, в общем-то, прелюбопытные вещи. Среди многочисленных имён-гвоздей, закрепляющих на пространствах геральдической геометрии раскидистое древо рода, который войдёт в историю под именем Рюриковичей, имя самого Рюрика не играет сколь бы то ни было значительной роли. Сергей Цветков справедливо отмечает, что «это имя не было в ходу среди потомков Игоря до второй половины XI в.», и объясняет это тем, что в домонгольский период «Рюрик не числился в родоначальниках князей Русской земли». Впрочем, речь не о версии Цветкова: Рюрик в его размышлениях занимает вовсе третьестепенное место, припечатанное Иоакимовской летописью – этим очередным «словом о полку» древнерусской письменности, удобнейшим образом исчезающим после того, как с него сделали необходимые копии/выписки.

Дело здесь не в действительном происхождении легендарного Рюрика, будь он датским викингом, вождём ободритов или финским внуком из сна Гостомысла, а в том, в каком качестве он закрепляется в родовой и династической памяти своих потомков и её словесных воплощениях – именах и преданиях. И княжеский именослов Рюриковичей демонстрирует, что это не просто качество «ещё один из рода Болейн» – место Рюрика в легендариуме династии значимо и вместе с тем несколько взрывоопасно.

Рюрик, кем бы он ни был, умирает в 879 году, и около двух веков его имя остаётся невостребованным правящим родом – до тех пор, пока старший внук Ярослава Мудрого Ростислав Владимирович не называет Рюриком своего старшего сына. С одной стороны, такое продолжительное забвение и в самом деле говорит о том, что имя древнего основателя/обновителя рода было чем-то «неугодно» или по крайней мере неудобно его потомкам. С другой стороны, это забвение никак не гарантирует того, что неугоден и неудобен оказался сам Рюрик: то обстоятельство, что о нём «вспомнили» спустя два столетия, недвусмысленно намекает, что все эти годы он достаточно прочно фигурировал в родовой памяти, дожидаясь момента своей актуализации.

Вообще говоря, вопрос о том, почему Рюрик так долго просидел на скамейке запасных, гораздо интереснее, чем вопрос, почему его в итоге всё-таки выпустили на поле. Шесть поколений Рюриковичи старательно игнорируют имя своего праотца, но интересно, что во всех шести поколениях это происходит, вероятно, по разным причинам.
Read more

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Киевские муралы-2018

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Автобиография Александры Элбакян

От редакции: автобиография создательницы Sci-Hub Александры Элбакян, которая известна своей борьбой за свободный доступ к научным знаниям в современном мире, публикуется здесь как своеобразный культурный феномен, отражающий стремительные изменения постсоветского русского мира и несмотря ни на что, его самотождественность. 

Александра Элбакян

Я не хочу, чтобы моя личность обрастала мифами и домыслами. Поэтому на этой страничке вы можете узнать подробно о том, кто я, где родилась, как выучила английский язык, зачем ездила в Америку, как стала заниматься программированием и наукой и создала Sci-Hub. Эта биография до 2015 года. С тех пор принципиально ничего не изменилось, но я устала печатать. Поэтому биографию после 2015 я добавлю позже.

Детство

Я родилась 6 ноября 1988 года в городе Алматы, республика Казахстан. 
В детстве моей любимой книгой была научно-популярная энциклопедия «Тайны живой природы» издательства Росмэн.

Еще одной моей любимой книгой была «Энциклопедия профессора Фортрана» про то, как устроены компьютеры и другие электронные устройства.

На свой выпускной в дестком саду я получила в подарок еще одну книгу, художественную: «Приключения Незнайки и его друзей» Носова. Подарок мне не понравился: другим детям подарили тонкие книжки с большими и яркими картинками, а вот в моей рисунков было мало, все они были черно-белые и сама книга была невероятно толстой: 720 страниц. Но скорее всего, воспитательница не хотела специально меня обидеть, а подарила толстую книгу потому, что читала я быстрее всех в подготовительной группе. Возможно, книга Николай Носова и повлияла на то, что впоследствии я стала критически относиться к капитализму.

После окончания десткого сада учительница начальной школы, проверив мои знания, предложила отдать меня сразу во второй класс. Однако школьный психолог посоветовала этого не делать. Наша районная школа обучала детей и так по ускоренной программе: с пропуском четвертого класса. Таким образом в старших классах я бы могла оказаться на два-три года младше. Психологически это очень сложно выдержать, сказала психолог.

Учительница по английскому языку в начальной школе нам попалась злая, все дети её боялись. Немолодая женщина, она ругалась и громко стучала кулаком по столу. Учиться у неё было сложно. Но я справилась и даже стала её любимой ученицей.

В школе была какая-то проблема с уборщицей. Так что учитель английского языка мочила тряпку и убиралась сама. За это другие преподаватели над ней посмеивались и называли Золушкой.

— Эту группу доведу и уеду в Америку, — говорила она.

Школьные годы

Мама получила специальность инженера-системотехника еще в СССР, изучала устройство и программирование больших электронных вычислительных машин. Когда все рухнуло, она работала сторожем, затем устроилась бухгалтером, где стала участвовать в проекте по разработке программного обеспечения для бухгалтерии. Сейчас самая известная программа такого типа — это 1C-Бухгалтерия. Так моя мать стала 1С-программистом. Read more

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Киевские муралы-2018

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Магическое Простоквашино (фанфик)

Новая версия известных событий в повести «Большой дом»

Автор MaxKitsch

Большой Дом. 1. Дядя Фёдор
У одних родителей мальчик был. Звали его дядя Фёдор. Вообще-то, папа назвал его Данталион Набериус Фурфур, а документы от мамы спрятал. Когда мама узнала, то очень обиделась, потому что через это имя очень уж неприятная история произошла. После неё она на полгода уехала в Африку, изучать ритуалы шаманов племени Водаабе.

А потом ничего, вернулась и даже папе в подарок привезла маленькую игрушечную голову африканского негра, а дяде Фёдору — костяное копьё и деревянную маску, только с копьём ему играть нельзя было, а внутри маски голос бубнил что-то непонятное по-африкански, так что скоро мальчику подарок надоел.

Дядя Фёдор был мальчик серьёзный и самостоятельный. В четыре года он читать научился, а к шести выучил латинский язык, потому что в папиной библиотеке все самые интересные сказки были на латыни. Особенно хорошо дяде Фёдору давались геометрические построения из папиных книжек. Правда, мама и папа этому не верили, а думали, что серой пахнет, потому что дядя Фёдор со спичками играл.

И всё было хорошо, но мама животных не любила, особенно всяких кошек. Про кошек она всегда вспоминала, когда купальники выбирала, обязательно с закрытой спиной.

Read more

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

«Нищий с моста Драконов»

Елена Хаецкая

Сегодняшняя «матчасть» предназначена для любителей чтения, которые отрывают драгоценное время от просмотра дорам ради книг. Для них я отсканировала одну библиографическую редкость, которая, предполагаю, послужила основой для некоторых фильмов (а может быть, просто написана на тот же сюжет). 
Книжка Шарля Петти «Нищий с моста Драконов» была издана в Ленинграде в 1926 году. По всей видимости, она хорошо вписывалась в кампании «борьбы с религиозными предрассудками», потому что приблизительно в то же самое время (то ли в 1924, то ли в 1926) вышел другой перевод того же произведения под названием «Маленький Будда». 
Очень странными путями ко мне пришел неимоверно затрепанный экземпляр «Нищего», из которого вываливались страницы. И два листа из книги вывалились насовсем, то есть в общей сложности отсутствуют четыре страницы. Не скажу, чтобы их отсутствие критически сказалось на содержании, но все-таки была такая мысль – пойти в Публичную библиотеку, взять там «Нищего» и перепечатать недостающий текст. Но оказалось, что хоть эти книги и значатся в каталоге, сейчас они не в доступе! 
В интернете можно купить экземпляр в другом переводе и по запредельной цене. Короче, я решила, что любители странных плутовских романов, где действие происходит на Востоке, должны получить «Нищего с моста Драконов». Читатель, как говорится, имеет право читать. Все винтажные прелести моего экземпляра можно наблюдать на скане: загнутые или порванные страницы, пятна и пометки. Хорошо, что книжка электронная и ее не страшно брать в руки. 
На русском языке выходило еще одно творение Шарля Петти – «Любовь китайского мандарина поэта и ученого Ли-Та-Чу», издание 1927 года, но этот шедевр мной не прочитан. Он, кстати, в Публичной библиотеке доступен. 
О самом писателе удалось узнать мало и, боюсь, больше мы уже не узнаем. Он родился в 1875 году. Был известен как путешественник, журналист, автор путевых заметок и романов, вдохновленных картинами экзотических стран, куда его заносила судьба: Китая, Японии и России. Творения Шарля Петти отличаются юмором, фривольностью и любовью к экзотике. 
Полное имя писателя – Шарль Анри Жюль Мари Петти. Он скончался 1 января 1948 года в Париже. 
Среди его творений можем назвать такие «шедевры», как: 

Снято! (1904) 
Страна мусульман, страна войны! (1905) 
«Мадемуазель Бамбу» («Мамзель Бамбук»?), китайско-японский роман (1907) 
Приключения прусского барона в Японии (1910) 
Нефритовое кольцо (1911) 
Сын великого евнуха (1920) 
Любовь Распутина, роман, основанный на подлинных событиях (1921) 
Человек, потерявший свою душу (1924) 
Импотенция могущественного генерала, китайский роман (1926) 
Эмансипированная Китаянка (1927) 
Любовь и приключения человека, приговоренного к смертной казни (1946) 
Из публицистики известны «Письма с Меконга», какие-то очерки о гейшах, но в общем и целом наследие этого, не сомневаюсь, плодовитого автора не самое доступное для нашего читателя (и, возможно, оно и хорошо). 
Заслуживает интереса роман «Сын великого евнуха», который послужил основой для либретто бродвейского мюзикла. После тридцати представлений мюзикл «Чи-Чи» (так он назывался) был снят со сцены. Американская публика плохо воспринимала поднимаемые там темы – такие, как изнасилование, кастрация и т.п. и, очевидно, не видела в этом сюжета для музыкальной комедии. Кроме того, сама музыка для этого произведения не блистала оригинальностью. Впрочем, некоторые критики нашли обращение к подобной тематике довольно интересным, но мюзикл это не спасло. Новую попытку предприняли в октябре 2002 года в Лондоне, но результат опять был неутешительным. 
Вот, собственно, и все, что можно сообщить на данном этапе о Шарле Петти. 
Портрета его я не нашла.

Скачать книжку можно по ссылке

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Дмитрий Левченков — Культурологический абрис

В холле Академии Матусовского продолжается выставка работ луганского художника Дмитрия Левченкова «Культурологический абрис». Выставка составлена из серий книжных иллюстраций и культурологических этюдов.

Дмитрий Левченков работает в живописных и графических техниках (масляная живопись, темпера, пастель, тушь). Занимался иллюстрированием книг различной тематической направленности. На выставке представлены иллюстрации к монографиям: «Філософія і право: культурно-історичні аспекти взаємодії» (2010 г.); «Право як феномен культури: досвід філософського осмислення» (2014 г.); сборнику стихов и песен М.Ф. Максимова «Изгой» (2011 г.); к произведению Э.Т.А. Гофмана «Золотой горшок», к восточной любовной лирике Древнего Египта в переводе А. Ахматовой.

Старший преподаватель кафедры станковой живописи Ирина Сержантова прокомментировала выставку: «Особенность выставки графических работ автора Дмитрия Александровича Левченкова в ее аскетичности и некоторой степени условности, требующей особого настроения зрителя. Здесь нет воспроизведения предметной реальности во всей полноте форм и пространств, эффектов освещения, цвета, фактур. Графика требует переключения нашего восприятия на особый условный язык силуэтов-обозначений форм с большей или меньшей степенью обобщения, превращающих реальные предметы в знаки, в их взаимодействии прочитываемые как смысловые связи.

Иллюстрации можно отнести к синтетическому виду искусства ввиду их связи с текстом и временным видом, имея ввиду последовательность восприятия образов, соответствующих главам книги. Соглашаясь с Владимиром Фаворским, книгу можно рассматривать как пространственную структуру, организующую наше восприятие во времени (форзац, титул, шмуцтитул, заставки).

Вне книги на выставке иллюстрации представляются как серия графических работ. Особые требования к графической серии или иллюстрациям книги дисциплинируют автора с его возможными изменчивыми настроениями «рамками стиля» и соответствием текстам, сопровождая читателя, погруженного в их содержание при последовательном движении от главы к главе.

Иллюстрации возвращают читателя к знакам реальности, наделенным графической условностью, переключая воображение, источником которого является словесная образность или информационный текст, дают отдых нашему воображению, будят фантазию, заставляют увидеть и осмыслить мир глазами художника, создавшего систему знаков, символов, объединенных в ритмическую образную структуру, соединяющую все листы иллюстраций в графическую серию.

Достижением автора, определяющем художественную ценность серий графических работ, является единство стиля и разнообразие поисков графического выражения».

Справка: Дмитрий Левченков (1982 г.р. )кандидат философских наук по специальности
«Эстетика», доцент кафедры станковой живописи ЛГАКИ имени М. Матусовского. Родился в г. Луганске, закончил Луганский колледж культуры и искусств и Луганский государственный институт культуры и искусств (отделение станковой живописи).

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники