Tag Archive for альтернативная история

Патруль времени

Армен Асриян

Есть такая традиционная фантастическая тема, затертая до того, что фантасты от нее практически отказались, только кино ее юзает — как всегда, на поколение отставая от литературы — «патруль времени»… Сводилась к защите существующей истории от разнообразных энтузиастов, норовящих перкроить ее в пользу любимых героев или идеологий…

Подумалось, что тему вполне может ожидать вторая молодость. В свете воцаряющейся на западе тоталитарной идеократии и параллельного процесса окостенения общественных и граничащих с ними полу-естественных — вроде антропологии или палеонтологии — наук. Процессы, очевидно, взаимосвязаны — ну, да не о них сейчас речь.

Новый патруль должен не охранять историю, какая есть — а приводить ее в соответствие с кодифицированной университетской нормой. Населить древность вожделенными «переходными формами» в товарных количествах, чтобы подтвердить, наконец, правоту дарвинизма (благо, подлогом дарвинизм промышляет еще со времен отцов-основателей), наверное, не удастся — чудеса генетики, может, и позволят вывести чаемых зверушек, но потребных бюджетов никакие инстанции не утвердят.

Но устранять нежелательное — запросто. Отнимать луки у древних племен, ежели официальная историография полагает, что луки появились парой тысячелетий позже. Мимоходом убивая особо строптивых охотников, не желающих расставаться с любимым оружием. Срезать стремена в неположенном времени — пусть как хотят, так и поражают противника копьем, не опираясь на стремена — сказано же: нет в этом времени стремян! Истребляя слишком зажившиеся стада динозавров — им когда сказано вымирать? А они все норовят чуть не до средневековья дотянуть! Read more

Константин Фрумкин. Альтернативно-историческая фантастика как форма исторической памяти

Фрумкин К.Г. Альтернативно-историческая фантастика как форма исторической памяти // «Историческая экспертиза»

Не будет большим преувеличением сказать, что примерно на рубеже 1980-х и 90-х годов русская культура перестала быть литературоцентричной и стала «историоцентричной». Причин для этого было более чем достаточно. Прежде всего, Россия оказалась в центре жестокого катаклизма, который не мог восприниматься иначе как именно исторический катаклизм – следствие предшествующего исторического развития. При этом советский режим считал одним из источников своей легитимации определенную философию истории, а «перестроечная» интеллектуальная революция, на фоне которой коммунистический режим рухнул, сама базировалась на отрицании этой философии истории, на альтернативном взгляде на место советского режима в мировом социальном развитии, и заодно на преодоление касавшейся исторической информации советской цензуры. Геополитический катаклизм 1991 года был одновременно революцией в сфере исторической памяти, все важнейшие события текущей политики оказалась под прицелом ориентированной на историзм оптики, при этом катастрофичность последовавших событий немедленно поставила вопрос о проблематичности и даже «ошибочности» предшествовавшей истории. И одним из отражений этой коллизии в художественной литературе стал расцвет так называемой альтернативно-исторической фантастики, то есть фантастики, предлагавшей воображаемое исправление реального хода истории и рисовавшей картины измененного, альтернативного течения исторических событий.

Конечно, альтернативно-историческая фантастика не является русским изобретением и возникла гораздо раньше эпохи Перестройки. На русском языке первые альтернативно-исторические произведения были написаны еще в начале 1920-х годов: это «Вторая жизнь Наполеона» и «Пугачев победитель» жившего в Италии русского эмигранта Михаила Первухина. В 1926 году трое писателей — Вениамин Гиршгорн, Иосиф Келлер и Борис Липатов – пишут «Бесцеремонный роман», в котором отправляют уральского инженера в наполеоновскую Францию, чтобы изменить историю и дать победу Наполеону. Затем был перерыв — и только в 1968 году советский фантаст Север Гансовский публикует рассказ «Демон истории» в котором герои с помощью машины времени пытаются изменить ход Второй мировой войны. Стоит при этом отметить, что в эту эпоху «Больших 60-х» и на западе пишутся известные романы об альтернативном сценарии Второй мировой войны — это «Человек в высоком замке» Филиппа Дика и «Фатерланд» Роберта Харриса. Read more

Ростки на могилах

Новый рассказ нашего постоянного автора Тимофея Алёшкина, написанный в соавторстве с Фаритом Ахмеджановым (вместо интереснейшего очерка о борьбе Помпея Великого с пиратами, который теперь ожидается в ноябре).

Итак, Галлия покорена Римом. Но друиды и созданные ими чудовища, которых римляне прозвали Hybridae, полузвери, продолжают борьбу с захватчиками. Действие рассказа происходит в мире Второй войны богов, таймлайн мира: http://comicspress.ru/2ndwar группа вк: https://vk.com/bellumdeorum

Полностью читать по ссылке: 

http://samlib.ru/a/aleshkin_t_w/bds-kupecidemon.shtml

http://samlib.ru/a/ahmedzhanow_f_m/b02.shtml

О попаданцах

Армен Асриян

Попаданцы в послевоенный СССР удивительно однообразны. Нет, понятно, что почти все бросаются спасать строй, не имеющий никаких шансов на выживание после хрущевско-жуковского мятежа, и это им, вопреки всякой исторической логике, удается. Однообразны они и в обретении начального капитала — исключительно плагиат. Все издают книги, написанные куда позже, самые сообразительные — еще и песни: позднюю эстраду и раннюю попсу. Как была устроена эстрадная кухня шестидесятых-семидесятых — не в курсе, но издательскую представляю неплохо. Только одному-единственному персонажу пришла в голову здравая мысль — во-первых, озаботиться рекомендацией маститого писателя, а во-вторых, предложить гонорар за первые две книги директору издательства в качестве взятки. Ну, у этого хоть какие-то шансы были бы…

А вот хотелось бы, к примеру, прочитать книгу, где герой, шахматист хотя бы уровня кмс, после попадания начинает шахматную карьеру, вооруженный поздними разработками. Шахматы времен Ботвинника-Кереса-Смыслова-Бронштейна и шахматы Каспарова-Карпова-Крамника-Ананда — это, знаете ли, совсем разные шахматы… Увы, закавыка тут в том, что автор сам должен быть шахматистом хотя бы того же кмс-совского уровня — да где теперь такого найдешь…
"Рассуждать о шахматах, не имея хотя бы первого разряда — дешевое пижонство". Михаил Таль. 
А жаль.

Источник