Tag Archive for Надежда Пахмутова

Конец брачного афериста, или Деконструкция «Джен Эйр»

Почему роман Шарлотты Бронте «Джен Эйр» сразу после его публикации был сочтен безнравственным и разрушающим домашний очаг, хотя героиня не уступила страсти женатого мужчины и соединилась с ним только тогда, когда он овдовел? Как воспринимаются ужасы Ловудской школы в Англии, где телесные наказания в учебных заведениях были отменены только в 1987 году? Можете ли вы выполнить задание по «Джен Эйр», которое получают американские школьники: «Напишите сочинение или сделайте в классе подробный доклад о том, благодаря каким законам Эдвард Рочестер полностью распоряжался наследством Берты после их свадьбы»?

Чтобы получить ответы на эти вопросы, читайте статью Надежды Пахмутовой, в которой дается анализ социально-экономических и правовых отношений викторианского общества, и проговариваются очевидные для современников и скрытые для нас юридические и экономические мотивы поступков одного из самых ярких героев женской прозы «про любовь». 

Пахмуова Н. Ю. Конец брачного афериста

Война как эликсир молодости в современной украинской культуре

Надежда Пахмутова

От редакции: Культурологический анализ песни «Война» группы «Мельница», альбом «Алхимия» (2015).

Похоже на Гребенщикова и видимо писано для киевских-одесских концертов для исполнения под зажигалки (теперь уже под экраны смартфонов, времена изменились). Парни лежат в траншеях, сестра, напои меня водой, ну понятен смысловой ряд. И я вспомнила, что «Воины света» и эта песня и то что я видела в пабликах у укропатриотов — стихи, песни, мемы, — всё очень «ювенильное», хипповатое, нарочито бездомное-негативистское. «Живи быстро, умри молодым», но не в том смысле, что вот dulce et decorum и лаврами увенчают чело юного героя, нет. Read more

Субъект информационного пространства и его влияние на структуру продуцируемой информации

Доклад на конференции
ЭЛЕКТРОННОЕ ИНФОРМАЦИОННОЕ ПРОСТРАНСТВО ДЛЯ НАУКИ, ОБРАЗОВАНИЯ, КУЛЬТУРЫ
VI Всероссийская научно-практическая конференция
г. Орел
20 декабря 2018 г.

Ищенко Нина Сергеевна
ЛНР, Луганск, Луганская государственная академия культуры и искусств имени М. Матусовского
Пахмутова Надежда Юрьевна
Россия, Москва, Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова

С развитием технологий информационное пространство бурно растет, постоянно включая в себя новые сферы знаний и информации. Информационное пространство затрагивает жизнь каждого человека, который имеет дело с социальными сетями или ищет информацию в интернете. Вопросы систематизации и структурирования информации, которой заполнена сеть, становятся все более актуальными. В то же время при анализе информационного пространства его субъектами считаются отдельные лица, что ставит исследователями перед необозримыми потоками информации, систематизация которых зачастую проводится по внешним признакам (географическим, техническим, хронологическим). Анализ информационного пространства при повышении уровня его субъекта позволяет систематизировать информацию по семантическим признакам, рассматривая комплексы идей как единое целое в развитии.  Read more

14-23

Надежда Пахмутова

16640865_10212182374294231_2356449560546290475_n

Женством не вожделеют женства —
Ни дама не пара даме,
Ни агница агнице, ни лани лань.

Ариосто

Можно сколько угодно открещиваться от массовых настроений, связанных с рождественскими распродажами или закупкой куличей, можно улечься спать в новогоднюю ночь, – дело молодое (пожилые люди на такие демонстрации по очевидным причинам не идут). Можно игнорировать медийную среду и офисные ритуалы с «нашими защитниками» и «дорогими женщинами», но от себя никуда не денешься, февраль напомнит о главном: о любви и о войне.
Небо вечерами сладостно-светлое, а мороз просит не спрятаться и чаю, а распахнуть куртку и алкогольного из горла, глядя на снег вдоль трасс, на невский лёд, на московские пригородные эстакады в огнях.

*Это камерный материал, сюда не включаются виды пейзажей после битвы.**

И любая специфическая дискуссия о мужском и женском, начатая в области фельетона, уводит в область сердца.
В споре о сексуальных свободах и ЛГБТ-толерантности товарищу моему припомнили грехи молодости вроде раскрашивания себя в пух и перья (с кем не бывало). Знакомая учёная дама в очередной раз выдвинула тезис о полной и окончательной победе социального над физиологическим. То бишь гендер – дело социально обусловленное.

Кто ж спорит, почти всё в человеке социально обусловлено.
Но надстройка-то без базиса как же?

Проблема в том, что в праволиберальной ЛГБТ/феминистической системе представлений базис отменяется. Вернее, своеобразно редуцируется.
Импортная идея свободы выбора состоит отнюдь не в том, что для любой человеческой особи существует не предопределённая биологическим полом модель поведения. (Хотя широкой публике идея эта преподносится именно так).
Скрытое же сообщение ЛГБТ-идеологии состоит в уничтожении одной из моделей, традиционно обозначаемой как мужская. Read more

Только эти маки

Надежда Пахмутова

30266_600Я ещё ни разу не попадала в Питер непосредственно на День снятия блокады.
Одно дело телевизор, а другое дело Питер сам собой, который и так-то – плохо замаскированный Ленинград, а в эти дни – Ленинград почти незамаскированный.
Красные гвоздики у таблички про обстрелы и детские рисунки на воротах, а мимо едет с Дворцовой прозрачная карета Золушки. И Золушка лыко в строку, потому что настоящая Золушка и волшебные окна – они внутри зимы, и войны, и метели.

Все друг друга поздравляют, и меня поздравляли, даром что по мне за версту видать туриста.
Потому что как же могут не переживать все на свете за лучший город Земли. Есть дефолт Сити, а есть дефолт Бург.

Рассказала заезжим китайцам про смысл «Блудного сына», погрустила перед Данаей. Зорким глазом осмотрела выкладку на главном стенде в «Зингере», где самый посещаемый питерский книжный.
Ну и ясное дело, придётся бичевать.

Потому что сам бог велел верным наследникам Гитлера подсунуть ленинградцам свинью пожирнее на великий праздник.
Свинья расположилась на центральном стенде с мемориальным изданиями о войне и блокаде, напротив входа в магазин. Украшена свинья была алыми маками (маки мне сразу не понравились). Называлась свинья «Памяти победы верны».

miu_pamyaty

Почётную должность свиного рыла (то есть, простите, первого рассказа в сборнике) играет произведение некой Ирины Муравьёвой «Ты мой ненаглядный».

За фамилией Муравьёва, позаимствованной у мужа (хороший маркетинговый ход, первичные ассоциации – тонкость, эксцентрика и доброта известной актрисы, то да не то) скрывается дочь успешного советского переводчика худлита Лазаря Штайнмеца Ирина Лазаревна Штайнмец. Папа известен тем, что разрабатывал золотую жилу перевода на немецкий сказок Волкова о Волшебной стране.
Дочка окончила русское отделение филфака и с середины восьмидесятых проживает в США.
Успешная семья, получившая от советской власти все возможные блага и привилегии, и успевшая утащить в клювике в США выгодный ореол фронды, которым в девяностые наши уже откровенно колбасные эмигранты похвастаться не могли. Брат Ирины — талантливый (правда талантливый и интеллектуальный) и востребованный в США художник-график. Сама она — издатель эмигрантской прессы, преподаватель русского в американских университетах, удостоена (как многие всемирно известные писатели русского зарубежья) статьи в русской Википедии.

Итак, герои нашей немуравьёвой (я слишком люблю Муравьёву-актрису) – образцовая австрийская еврейская семья, живущая где-то на румынской границе. Старший брат — преуспевающий молодой адвокат, женатый на красавице-немке, младший — непутёвый гимназист, влюблённый в пламенную еврейскую девушку Сусанну.
Семья со своими горестями и радостями благополучно доживает до … О нет, мой проницательный корреспондент, забудь Опперманов, неторопливо встающих призраками из глубин институтской программы. Забудь обо всём, чему тебя учили в проклятой советской (и даже и несоветской) школе на уроках истории.

Доживает наша семья в полном бюргерском благополучии, холе и неге сначала до передачи территорий под румынский протекторат (ничего не изменилось) и далее — до тысяча девятьсот тридцать девятого года…

Но тут то уж!
И снова не угадали!

В тысяча девятьсот тридцать девятом году румыны передают город СССР.

И именно это — самое страшное, что могло случиться с еврейской семьёй в Восточной Европе в тридцатые годы прошлого века.
Начинаются аресты, допросы и прочие ужасы Lubianki i Gulaga (у старшего брата-адвоката отобрали «Фольксваген» и самого брата в tieplushka отправили куда-то далеко, вероятно в Siberia). Позабирали и других уважамых горожан.
За этими ужасами как-то незаметно в сорок первом начинается война между русскими и кем-то ещё. Кто напал на русских (а скорее всего, напали сами русские) — совершенно непонятно, но всё советское из города вдруг исчезло, а румыны вернулись.
От этой непонятной войны герой, подбиваемый пламенной и наивной невестой, решает бежать… в СССР.
Почему вдруг бежать — непонятно.
Хотя автор вдруг оговаривается, что румыны, которые до Советов никого не трогали и не обижали, почему-то начинают бедных евреев грабить.
И почему-то герои внезапно начинают опасаться немцев (с чего бы?).

Итак, сбежав от румын, герои попадают в руки к советским военным в Виннице. Тут-то и началось.
Оказывается, счёт изнасилованным немецким еврейкам (лишь истинному литературному таланту под силу угодить сразу обоим Янусам русофобской конъюнктуры – европейской и сионистской) красные комиссары открыли ещё в сорок первом году, не дожидаясь перелома в ходе войны.
Ибо главная забота и главный мотив военкома в прифронтовом городе, который вот-вот сдадут – разжиться женщиной для утех. Под руку подворачивается подруга главного героя.
Омерзительный русский военком насилует её и убивает (писательница, впрочем, тяготея к исторической объективности и развенчанию мифов, делает оговорку, что убил случайно, поначалу не хотел), а героя загоняют в лаге… Пардон, сначала всё же не в лагеря.
Сначала его отправляют в ряды РККА, где не дают инжира, о котором он мечтает ночами, а зачем-то выдают оружие и заставляют стрелять и убивать немцев. Русские солдаты, конечно же, вместо того чтобы добыть еврейскому мальчику инжира с молоком, ничуть ему не сочувствуют, а вместо этого учат его нехорошим русским словам.
До лагерей в конечном итоге дело тоже доходит. Далее следует неминуемое знакомство с Хорошими Русскими (тм), которые совершенно случайно оказываются высланной в места отдалённые кулацкой семьёй.

Благостный финал застаёт героя с новой семьёй, новой женой — кулацкой дочкой и ребёнком (герой мужественно рефлексирует на предмет того, что женился по расчёту, но что же делать, ведь спасать свою драгоценную шкуру как-то было надо, это ж высшая цель).

Ушлые коллеги, я думаю, по ключевым приёмам типа истории с нехорошими словами поняли, что эта клюква писана с прицелом на английский перевод (а может и изначально было написано по-английски).
И нет в этой гнилой клюкве ничего нового, чего бы не было нами кушано с исторического 1985 года, случайно совпавшего с датой эмиграции маститой писательницы.
Но как принято говорить у нас, у переводчиков, важен контекст!

По моим скромным наблюдениям, русское отделение нашего филфака давно превзошло ведомство Геббельса если и не количеством, то идейностью и борзостью прославивших его махровых, нацистского толка русофобов и антисоветчиков.
Потому что не так страшно быть англистом, как мечтать об этом и не добрать баллов на ромгерм.
Лжемуравьёва не исключение.

Остальные рассказы поляковых-геласимовых о штрафниках, зверских НКВД-шниках и прочие садо-мазо фантазии на военные темы ничем новым искушённого читателя не удивят и описанной выше поделки общей нелепостью и градусом ненависти к России/СССР превзойти не могут.
Выложенные рядом на стенде писания заслуженного конъюнктурщика Гранина, переучившегося с совписа-прихлебателя в прихлебателя европейского и очередные псевдоисторические поделки подворотенного хама и неуча Исаева почти не вызывают брезгливости.
Наши совписы/сучписы* за гонорар подпишутся на что угодно, если даже остатки совести сохранили. Издательство «Эксмо» – это издательство «Эксмо», здесь всё понятно.
Не совсем понятно с владельцами книжного: кто там в лавке за Зингера? И читает ли этот кто-то то, что подсовывают читателю в главный городской памятный день?
Интуиция не подвела: маки после 2014 года – это не просто маки. Это символ забвения, вранья и ненависти.

___________________________________
* Сучпис — это не то что вы подумали, а всего-навсего аббревиатура «сучасный письмэнник», то бишь «современный писатель» на мове.

Источник

Добрые прихожане чинят храмы

Надежда Пахмутова

Добрые прихожане чинят храмы
домохозяйки латают глобусы
объём работ в одном отдельно взятом московском дворе
мучительно необъятен
луговые травы, забор, построенный немецкими пленными
декоративные вазы на заборе, лепнина парадных,
ступеньки лестниц, оконные рамы, выдранные ради пластика,
заброшенный дом с волшебными окнами который десять лет разрушается.
Деревья, кусты, обязательно клумба с астрами
красный флаг над номером, второй ряд деревьев на улице,
срубленный ради парковки,
трава с одуванчиками, 
троллейбус без турникета,
проходная института с пожилой вахтёршей,
молодой Курчатов,
солнце мёртвых.
Выйти из дома
чтобы везде куда я ступаю
эта земля цвела.

Источник

Золотой век

Надежда Пахмутова

Elizabeth: The Golden Age

Режиссёр: Шекхар Капур
Продюсер: Тим Беван
Авторы сценария: Уильям Николсон, Майкл Хёрст
В главных ролях:  Кейт Бланшетт, Клайв Оуэн, Саманта Мортон, Джеффри Раш, Жорди Молья, Айми Кинг, Джон Шрэпнел, Том Холландер
Оператор:  Реми Адефарасин
Художник-постановщик: Ричард Робертс
Художник по костюмам: Александра Бирн
Композитор: Крэйг Армстронг, А.Р. Рахман
Кинокомпания: Studio Canal, Working Title Films
Длительность: 114 мин.
Производство:  Великобритания- Франция
Год: 2007; IMDB: ID 0414055

   Фильм прошёл в России по ведомству «Трои», «Царства небесного» и прочих псевдоисторических голливудских поделок, был снабжён душераздирающими синопсисами для подростков, расчленён, взвешен и отдан народу для разглядывания костюмов и обсуждения на форумах в формате «всё было совсем не так».
Толковых критических статей в русской печати не наблюдалось.
Забегая вперёд скажу, что «умному достаточно» – камера даже несколько аффектированно работает по узловым точкам золотого сечения, ритм  лишён стандартной клиповой истеричности, в сети лежат десятки интервью режиссё-ра,  актёрский состав выдающийся… 
   Но у нас  в общественном мнении видна какая-то нездоровая заезженность.  Ярлычки типа «мелодрама» и «романтическая комедия» нынче клеятся на всё, что не снято ручной камерой и где герои не давят ни отца, ни матери.
Крупнобюджетному англоязычному фильму страдать сам бог велел, раз он, к несчастью, костюмный, несмотря на «оскаровские» номинации.

Read more

Сонет Эдны Миллей

Читает Надежда Пахмутова на русском языке

Рекурсивные антискрепы

Я женщина, а значит — я должна
Принять помимо собственной природы
Соблазн и власть существ твоей породы.
Когда я говорю, что влюблена,
Мне тяжесть тела твоего нужна,
И разум мой мутится ей в угоду,
И пульс стучит и рвется на свободу —
А после вновь я опустошена.
Не думай, впрочем, будто шум баталий
Злой крови с робкой речью головы
И есть любовь. Что теплятся печали
Там, где уже сомнения мертвы.
При встрече, милый друг, у нас едва ли
Есть повод побеседовать. Увы.

Перевод Ольги Прохоровой
(http://otte-pelle.livejournal.com/)

Источник