Archives:

  • Николай Гумилёв

    Наплывала тень… Догорал камин,
    Руки на груди, он стоял один,

    Неподвижный взор устремляя вдаль,
    Горько говоря про свою печаль:

    «Я пробрался в глубь неизвестных стран,
    Восемьдесят дней шёл мой караван;

    Цепи грозных гор, лес, а иногда
    Странные вдали чьи-то города,

    И не раз из них в тишине ночной
    В лагерь долетал непонятный вой.

    Мы рубили лес, мы копали рвы,
    Вечерами к нам подходили львы.

    Но трусливых душ не было меж нас,
    Мы стреляли в них, целясь между глаз.

    Древний я отрыл храм из-под песка,
    Именем моим названа река.

    И в стране озёр пять больших племён
    Слушались меня, чтили мой закон.

    Но теперь я слаб, как во власти сна,
    И больна душа, тягостно больна;

    Я узнал, узнал, что такое страх,
    Погребённый здесь, в четырёх стенах;

    Даже блеск ружья, даже плеск волны
    Эту цепь порвать ныне не вольны…»

    И, тая в глазах злое торжество,
    Женщина в углу слушала его.

    1911

    Tags:

  • От редакции: с 2014 года в Луганске не ходят трамваи. Парк был уничтожен, рельсы повреждены, восстанавливать не стали. Только в стихотворении Гумилёва можно почувствовать теперь полёт, который в наше время передается образами космических скоростей. Итак, летим. 

    Заблудившийся трамвай
    Шел я по улице незнакомой
    И вдруг услышал вороний грай,
    И звоны лютни, и дальние громы, —
    Передо мною летел трамвай.

    Как я вскочил на его подножку,
    Было загадкою для меня,
    В воздухе огненную дорожку
    Он оставлял и при свете дня.

    Мчался он бурей темной, крылатой,
    Он заблудился в бездне времен…
    Остановите, вагоновожатый,
    Остановите сейчас вагон.

    Поздно. Уж мы обогнули стену,
    Мы проскочили сквозь рощу пальм,
    Через Неву, через Нил и Сену
    Мы прогремели по трем мостам.

    И, промелькнув у оконной рамы,
    Бросил нам вслед пытливый взгляд
    Нищий старик, — конечно, тот самый,
    Что умер в Бейруте год назад.

    Где я? Так томно и так тревожно
    Сердце мое стучит в ответ:
    «Видишь вокзал, на котором можно
    В Индию Духа купить билет?»

    Вывеска… кровью налитые буквы
    Гласят: «Зеленная», — знаю, тут
    Вместо капусты и вместо брюквы
    Мертвые головы продают.

    В красной рубашке, с лицом как вымя,
    Голову срезал палач и мне,
    Она лежала вместе с другими
    Здесь, в ящике скользком, на самом дне.

    А в переулке забор дощатый,
    Дом в три окна и серый газон…
    Остановите, вагоновожатый,
    Остановите сейчас вагон.

    Машенька, ты здесь жила и пела,
    Мне, жениху, ковер ткала,
    Где же теперь твой голос и тело,
    Может ли быть, что ты умерла?

    Как ты стонала в своей светлице,
    Я же с напудренною косой
    Шел представляться Императрице
    И не увиделся вновь с тобой.

    Понял теперь я: наша свобода —
    Только оттуда бьющий свет,
    Люди и тени стоят у входа
    В зоологический сад планет.

    И сразу ветер знакомый и сладкий,
    И за мостом летит на меня
    Всадника длань в железной перчатке
    И два копыта его коня.

    Верной твердынею православья
    Врезан Исакий в вышине,
    Там отслужу молебен о здравье
    Машеньки и панихиду по мне.

    И всё ж навеки сердце угрюмо,
    И трудно дышать, и больно жить…
    Машенька, я никогда не думал,
    Что можно так любить и грустить.

    Tags: , ,

  • У меня не живут цветы,
    Красотой их на миг я обманут,
    Постоят день, другой и завянут,
    У меня не живут цветы.

    Да и птицы здесь не живут,
    Только хохлятся скорбно и глухо,
    А наутро — комочек из пуха…
    Даже птицы здесь не живут.

    Только книги в восемь рядов,
    Молчаливые, грузные томы,
    Сторожат вековые истомы,
    Словно зубы в восемь рядов.

    Мне продавший их букинист,
    Помню, был и горбатым, и нищим…
    …Торговал за проклятым кладбищем
    Мне продавший их букинист.

    Tags:

  • Николай Гумилев

    Я верил, я думал, и свет мне блеснул наконец;
    Создав, навсегда уступил меня року Создатель;
    Я продан! Я больше не Божий! Ушёл продавец,
    И с явной насмешкой глядит на меня покупатель.

    Летящей горою за мною несётся Вчера,
    А Завтра меня впереди ожидает, как бездна,
    Иду… но когда-нибудь в Бездну сорвётся Гора.
    Я знаю, я знаю, дорога моя бесполезна.

    И если я волей себе покоряю людей,
    И если слетает ко мне по ночам вдохновенье,
    И если я ведаю тайны — поэт, чародей,
    Властитель вселенной — тем будет страшнее паденье.

    И вот мне приснилось, что сердце мое не болит,
    Оно — колокольчик фарфоровый в жёлтом Китае
    На пагоде пёстрой… висит и приветно звенит,
    В эмалевом небе дразня журавлиные стаи.

    А тихая девушка в платье из красных шелков,
    Где золотом вышиты осы, цветы и драконы,
    С поджатыми ножками смотрит без мыслей и снов,
    Внимательно слушая лёгкие, лёгкие звоны.

    Tags: ,

  • Александр Сигида-мл.

    Данная заметка является моей реакцией на статью некоего Лекуха «Им не нужен Гумилёв».

    Это он о юбилее поэта, 15 апреля исполнилось 130 лет со дня рождения НС.

    Почему так скромно?
    Потому, что дух Гумилёва-отца не живёт ныне на равнинах РФ, Лекух.

    А где же ему тогда жить и кого вдохновлять?
    Запрещённый в СССР, прорывается Николай Степанович цитатой в фильме «Оптимистическая трагедия»:
    Или, бунт на борту обнаружив, из-за пояса рвёт пистолет, так, что золото сыплется с кружев, розоватых брабантских манжет.

    Это – слова женщины-комиссара. Ох, и много таких женщин-амазонок по обе стороны фронта на Донбассе. Сарматские архетипы сказываются?

    В РФ живёт, в лучшем случае, дух Льва Ахматова, простите Льва Гумилёва. Салонно-лагерно-евразийский дух.

    Но где может жить огненный, киплинговский, казарменнобалладный дух НС Гумилёва, как не на Донбассе?

    Continue reading »

    Tags: , ,

   

Recent Comments

  • Это действительно самый любимый ...
  • А мне нравится и музыка и стихи...
  • Донбасс- это Украина! Мы победим. ...
  • Чисто механический подход, закон...
  • Людмила, благодарю за ваш отзыв! ...