Tag Archive for стилизация

Диоген Лаэртский о русской философии

Все помнят известного античного историка философии Диогена Лаэртского и его книгу "О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов"

Хотим напомнить также о чудесном и остроумной проекте "ЖЖ Диогена Лаэртского", который был создан в 2002 г Константином Крыловым. В этих заметках Диоген продолжает историю философии и пишет в своём узнаваемом стиле о русских философах. 

Вступление:

Занятия философией, как полагают, русские переняли у немцев, а те — у греков, которые первые стали рассуждать о причинах. Немцы же у них всему научились и научили русских. Некоторые говорят, что сделали они это из сострадательности. Иные же приписывают немцам злонравие, ибо русские, чрезмерно воспламенившись любовью к мудрости, забросили все прочие занятия и более ничем не прославились.

Философия в России имела два начала: одно — от Хомякова, а другое — от Чаадаева. Первая философия называется московской, потому что Хомяков жил в Москве, вторая же — ленинградской, по имени тиранна Ленина. У Хомякова учился Леонтьев, у того — Розанов, у Розанова — Лосев, а у последнего — все прочие московские философы. Ленинградская же философия берет начало, по мнению одних, с Чаадаева, а другие считают ее родоначальником поэта Пушкина, сочинявшего трагедии, эпиграмы и ямбы. Впрочем, родом этот Пушкин был из Москвы, и сочинил ли он что-нибудь о философии — нам неизвестно. К ленинградской философии, кроме перечисленных, относятся Андреев, а также философ Лурье. Таковы московская и ленинградская философии.

Некоторые ещё называют особую тартусскую философию, созданную грамматистами из Тарту, но она была недолговечной. Основателем её почитают Лотмана, еврея, последним же схолархом тартусцев был Дудаев, чеченский тиранн.

Русские философы также разделяются на западников и славянофилов. Западники — это все те, которые рассуждают о России и предметах, считая их постижимыми умом; славянофилы — это те, которые считают Россию и прочие вещи непостижимыми. Об этом хорошо сказал философ Тютчев, известный также ещё и как комический поэт:

Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить.

Некоторые философы оставили после себя сочинения, а иные совсем ничего не писали. Среди последних называют Мамардашвили, Грушина, а также Чаадаева (если не считать нескольких писем). По одному лишь сочинению оставили Галковский, Андреев, Морозов, и некоторые иные. Много написал Дугин, ещё больше Лосев, ещё больше Розанов.

Про иных же философов говорят, что сочинения их были истреблены тираннами, или же другими философами — подобно тому, как сочинения Демокрита были скуплены и сожжены Платоном из зависти.

Теперь нам следует повести речь об этих мужах, начиная с Чаадаева.

Ссылки на проект в логическом порядке, в алфавитном порядке

 

 

 

Патока и Чернила ~ Treacle and Ink

Екатерина Ракитина

2015

victorian-teenage-girs-from-the-1840s-90s-11

Then fill up the glasses with treacle and ink,
Or anything else that is pleasant to drink:
Mix sand with the cider, and wool with the wine —
And welcome Queen Alice with ninety-times-nine!

Lewis Carroll, Through the Looking-Glass: and What Alice Saw There

— Аннабелл!..

При звуке строгого женского голоса, раздавшегося из-под большого пляжного зонта, полуденное мерцание сжалось и будто выпрямилось. Золотой переливчатый пузырь, в котором плыли солнце и море, шум волн и крики чаек, лопнув, рассеялся, плоский свет резанул глаза и заставил меня на мгновение зажмуриться.

— Аннабелл, выйди на берег, будь добра!

Ответа не последовало.
Я оторвался от изучения окатанного морем куска дерева, поднял взгляд и увидел шагах в пяти от себя девочку в матросском костюмчике.

Она стояла на кромке прибоя, набегающая волна понемногу замывала её ступни в песок, но девочку это нисколько не заботило. Запрокинув голову и обеими руками придерживая сбившуюся на затылок соломенную шляпку с полосатой лентой, она слегка раскачивалась из стороны в сторону и тихонько напевала что-то на незнакомом мне языке.

Read more

Парнас дыбом: О’Генри, Козьма Прутков, Бальмонт

Харьков, 1925
Ал. Блок, А. Белый, Виктор Гофман, Игорь Северянин, К. Юлий Цезарь, Владимир
Маяковский,  Демьян  Бедный,  Ал.  Вертинский,  Сергей Есенин, Гомер, Данте,
Крылов, В. Брюсов, К. Д. Бальмонт и многие другие

     Про: козлов, собак и веверлеев

 

Read more

Парнас дыбом: Некрасов, Карамзин, Крылов

Харьков, 1925
Ал. Блок, А. Белый, Виктор Гофман, Игорь Северянин, К. Юлий Цезарь, Владимир
Маяковский,  Демьян  Бедный,  Ал.  Вертинский,  Сергей Есенин, Гомер, Данте,
Крылов, В. Брюсов, К. Д. Бальмонт и многие другие

     Про: козлов, собак и веверлеев


СОБАКИ

Н. А. Некрасов

В каком краю - неведомо,
в каком году - не сказано,
в деревне Пустоголодно
жил был расстрига-поп.
Жила с попом собачечка
по имени Жужжеточка,
собой умна, красоточка,
да и честна притом.
На ту собачку верную
бросал свои владения,
амбары да чуланчики,
телячья мяса полные,
поп все свое добро.
Но голод штуку скверную
сыграл с Жужжеткой верною,
и, дичь украв превкусную,
собачка съела всю.
Узнав про кражу злостную,
взял поп секиру острую,
и ту Жужжетку верную
в саду он зарубил.
И, слезы проливаючи,
купил плиту чугунную
и буквами словенскими
велел Вавиле-слесарю
там надпись надписать:
"В каком краю - неведомо,
и т. д.

1868 г.

Read more

Парнас дыбом: Лонгфелло, Симеон Полоцкий и Данте

Харьков, 1925
Ал. Блок, А. Белый, Виктор Гофман, Игорь Северянин, К. Юлий Цезарь, Владимир
Маяковский,  Демьян  Бедный,  Ал.  Вертинский,  Сергей Есенин, Гомер, Данте,
Крылов, В. Брюсов, К. Д. Бальмонт и многие другие

     Про: козлов, собак и веверлеев

Read more

Парнас дыбом

От редакции:Одуванчик считает необходимым постоянно напоминать о вкладе современных украинских территорий в русскую культуру, чтобы по нашу сторону фронта не забывали о русском городе Одессе и русском городе Киеве и не стирали их с карты русской культуры. Сегдня — русский город Харьков. "Парнас дыбом" — сборник стилизаций, который вышел в Харькове в 1925 г. В последующем издании были добавлены стилизации под новых авторов, вошедших с тех пор с литературу. Итак, мы представляем 

Ал. Блок, А. Белый, Виктор Гофман, Игорь Северянин, К. Юлий Цезарь, Владимир
Маяковский,  Демьян  Бедный,  Ал.  Вертинский,  Сергей Есенин, Гомер, Данте,
Крылов, В. Брюсов, К. Д. Бальмонт и многие другие

     Про: козлов, собак и веверлеев

Read more

ВТОРОЙ РУБЕЖ Грамерси

Юрий Смирнов

Ночью они подъезжают к развилке дорог.
Сэр Мордред на Лексусе,
Сэр Гарет на Порше,
Сэр Галахад на Паджеро.
Выходят, курят, молчат,
Слушают тьму.
Сэр Галахад прерывает молчание —
Вот и пришлось нам расстаться,
Благородные сэры.
Кэш поделили,
Документы надежные,
Погоня отстала.
Его прерывает сэр Мордред —
Жаль покидать Камелот.
Может, вернемся?
Мы еще в силах.
Пушки возьмем у барыги
В Черемушках.
Сколько их?
Сотня?
Разве когда-то нас это пугало?
Ему отвечает сэр Галахад
Весьма недовольно —
Тебе тридцать пять,
Мне тридцать восемь.
Они молоды
И голодны, как драконы.
Они нас положат на въезде.
Радуйся, что оторвались.
Сэр Модред его вопрошает
Теперь мы куда?
Сэр Галахад говорит —
Теперь нету мы.
Теперь врассыпную.
И лучше на несколько лет
Затаиться.
Сэр Мордред кивает.
Сэр Гарет молчит
И смотрит на небо.
Потом улыбается,
Садится в свой Порше
И уезжает.
Назад.
Это любовь, благородные сэры.
Сэр Мордред смеется,
Садится в Паджеро
И уезжает.
Назад.
Это прекрасная дружба.
Сэр Галахад пожимает плечами,
Садится в свой Лексус
И уезжает.
Назад.
Это идиотизм.
Он понимает.
Но это счастье.
Дорога. Рассвет. 
Смерть неминуема.
Нет вариантов.
Есть варианты.

2008

Источник